Из опыта зимних походов нашей группы тех лет знаю, что почти в каждом походе мы планиро... — 13 июля 2026 г. в 05:34:00.034
Из опыта зимних походов нашей группы тех лет знаю, что почти в каждом походе мы планировали и делали так называемую «холодную ночёвку» в тренировочных целях, чтобы отработать алгоритм действий всех участников похода в экстремальных условиях на случай возникновения непредвиденных и аварийных ситуаций. Так, мы умышленно и продуманно ставили палатку прямо на лёд реки Китой в Восточных Саянах, на Аккемском леднике под Белухой в Горном Алтае, в нескольких сотнях метров от тайги, не беря с собой ни одного полена дров, чтобы не было искушений «подогреться». Дно палатки выстилали перевёрнутыми лыжами, рюкзаками, верхней одеждой. Затем «ныряли» в общий спальник и крепко прижимались друг к другу. Вот так испытывалась группа на прочность и выживаемость. Думается, что и группа Дятлова приняла решение идти на Отортен не по реке Лозьва, им хватило Ауспии с её буреломом по берегам и промоинами во льду, а по «верхам», выше границы леса. Это наиболее рациональный путь, хоть и в полтора раза длиннее, примерно 25 километров. Наиболее трудным в этом варианте является начало пути – подъём и обход горы Солат-Сяхль. Затем по горизонтали, не теряя высоты, до Отортена. За день можно не успеть сделать восхождение на вершину, и тогда придётся ночевать перед горой, на верху – на морозе и ветре, или же «спускаться» вниз к лесу, в долины Лозьвы или Тумпьи. Поэтому, выглядит логичным решение сделать «холодную ночёвку» здесь, неподалёку от реки Ауспии, со свежими силами. Об этом говорит и та обстоятельность организации ночёвки наверху: выкопана площадка под палатку, настелены на дно лыжи, верхняя одежда и т.д. Всё было сделано по канонам тех лет, как надо. Далее, какая-то неведомая и неодолимая сила заставила туристов спешно, без обуви и верхней одежды, покинуть палатку и убежать от неё как можно дальше. Версий причин их такого поведения много. Некоторые из них, такие как «снежная лавина», «злобные манси», «кровожадные зеки» и т.д., и т.п., просто несостоятельны, так как не подтверждаются никакими фактами. Я долго размышлял, стоит ли касаться в этом повествовании темы гибели группы туристов УПИ на склоне горы Солат-Сяхль в феврале 1959 года. Ведь об этом трагическом событии уже так много сказано, написано и снято. Вот и сегодня, когда пишутся эти строки, очередная группа туристов отправилась в этот район, чтобы ещё раз попытаться что-то для себя выяснить или хотя бы прочувствовать на себе «злой дух горы Солат-Сахль» в реальной обстановке. Решил высказаться, так как в публикациях или дискуссиях, освещающих тему северо-уральской трагедии, я не прочитал и не услышал ответа на вопрос: «Почему Игорь Дятлов и его товарищи приняли решение поставить палатку в 300 м к северо-востоку от вершины голой заснеженной и всеми ветрами продуваемой горы?». Ведь перейти из долины реки Ауспия в долину реки Лозьва по азимуту 330–360 градусов, в дневное время, на расстояние не более одного километра, не представляло никаких проблем при любой погоде и видимости. Заблудиться «в трёх соснах», а в данном случае «в трёх горках» такой опытной группе, какой была группа Игоря Дятлова, представить себе, даже теоретически, невозможно. Не нужно забывать также, что в её составе был опытный инструктор туристической базы Коуровка, бывший военный разведчик, Семён Золотарёв. А все в один голос предполагают и утверждают, что туристы УПИ, якобы, заблудились в условиях плохой видимости, выбились из сил и были вынуждены поставить палатку на склоне горы. Такая трактовка событий, на мой взгляд, просто не состоятельна. Я, как геолог, работавший с компасом и картой в разных местностях и как спортсмен-ориентировщик, глядя на карту, могу ответственно констатировать, что ситуация с ориентированием в этом месте – наипростейшая, и она никак не могла повлиять на решение поставить палатку на склоне горы из-за потери ориентировки. Значит, выбор места ночёвки туристами УПИ был осознанный и заранее спланированный. Из опыта зимних походов нашей группы тех лет знаю, что почти в каждом походе мы планировали и делали