🪶По грибы
🪶По грибы Петька пошёл за грибами после трёх дней дождя. Мать велела брать только белые да подосиновики и не соваться за овраг, где лес начинался старый, тёмный, с елями в два обхвата. Но именно там, говорили мужики, после грозы вылезали грибы величиной с детскую голову. Он нашёл первый у гнилого пня. Шляпка была бурой, морщинистой, с прожилками, будто старческая кожа. Петька ткнул её ножом, и гриб дрогнул. Из земли рядом полезли тонкие белые нити. Они шевелились, ощупывали мох, сапоги, корзину. Петька отступил, но под пяткой что-то влажно хрустнуло. Лес вокруг вдруг стал тихим, как погреб. Гриб поднялся. Не весь — только шляпка, а под ней раскрылась мягкая жёлтая щель. Из неё пахнуло сыростью, дохлой мышью и чем-то сладким, как варенье, забытое в подполе. Петька закричал и побежал, но корни схватили его за ноги. Нет, не корни. Грибница. Белые жилы впились в его сапоги, полезли выше, под штаны, ледяные и живые. Он резал их ножом, пока лезвие не уперлось во что-то твердое. Тогда из-под земли послышался мокрый вздох — огромный, усталый, как будто сам лес проснулся после тысячелетнего сна. Вечером нашли только корзину. В ней лежали грибы, аккуратные, крепкие, один к одному. А посреди — маленький бурый, с веснушками на шляпке. Мать взяла его в руки и услышала изнутри тонкий Петькин голос: — Не ешь меня, мама. 🔪УЖАСЫ здесь