Разбогатевший сын отвёз мать в деревню и сказал: «Живи здесь. И больше не лезь в мои де...
Разбогатевший сын отвёз мать в деревню и сказал: «Живи здесь. И больше не лезь в мои дела». Через год он вернулся к этому дому пешком — без машины, денег и уверенности, что ему откроют… Тогда Роман даже не занёс сумки. Поставил их возле крыльца и достал телефон: жена уже спрашивала, скоро ли он освободится. Анна Петровна стояла рядом, сжимая ручки старой хозяйственной сумки. — А на выходные приедешь? — Мам, я не могу всю жизнь под тебя подстраиваться. Она больше ничего не спросила. Только шагнула назад, чтобы он мог закрыть калитку. Первое время Роман переводил деньги и считал, что этого достаточно. Потом стал раздражаться даже на короткие звонки. А через несколько месяцев рухнула сделка, в которую он вложил почти всё. Партнёр исчез, долги остались. Дорогую машину пришлось продать. Люди, ещё недавно называвшие его братом, перестали брать трубку. Когда в съёмной комнате отключили за неуплату интернет, Роман впервые за долгое время набрал мать. И не смог произнести ни слова. — Ты приезжай, — сказала она. — По телефону чего молчать. Он приехал последним автобусом. На пороге попросил разрешения пожить несколько дней. Мать кивнула на его бывшую комнату. На заправленной кровати лежала школьная тетрадь. Роман открыл её — и тут увидел