🛡 ВЕРБОВКА БЕЗ ПАРОЛЯ И ЯВКИ
🛡 ВЕРБОВКА БЕЗ ПАРОЛЯ И ЯВКИ Недавно мне в Telegram написала девушка из Китая. Ошиблась контактом, разговорились. Рассказала о себе: училась в США, работает в разных странах, много путешествует. Постепенно общение стало вполне приятельским. Говорили о семье, работе, России, Китае. Собиралась приехать в Москву, обсуждали возможность встретиться. Ни одного вопроса про армию. Ни одного про СВО. Никаких «сфотографируй военную часть». Вообще ничего, что заставило бы нормального человека подумать о спецслужбах. Потом начали цеплять мелочи. Американский номер. Странности с аккаунтами и соцсетями. Я начал проверять. И самое интересное, объяснения находились. Девушка реальная, фотографии её, многое из рассказанного подтверждалось. А затем произошло то, чего я точно не ожидал. Этим знакомством заинтересовались наши спецслужбы. Почему именно,пока оставлю за скобками. И сразу оговорюсь: я не утверждаю, что девушка имеет отношение к какой-либо разведке. Но эта история заставила меня полезть в реальные дела и посмотреть, как сегодня вообще заходят к человеку иностранные спецслужбы. И вот здесь старое кино можно выключать. Сценарий первый. Романтика. В сентябре ФСБ сообщила о задержании троих жителей Крыма. Все трое познакомились через сайт знакомств с женщиной, представлявшейся крымчанкой, уехавшей на Украину. По версии ФСБ, за вымышленными именами находилась сотрудница украинской военной разведки. Ведомство подчёркивает: именно в процессе общения мужчины узнали, что собеседницу интересует военная информация. Позже, как утверждает следствие, они уже передавали фотографии, видео и координаты военных объектов. Обратите внимание на последовательность. Сначала человек. Потом доверие. И только потом настоящий интерес собеседника. Сценарий второй. «Давай встретимся». В другом деле, о котором ФСБ сообщала летом, речь шла сразу о десятках молодых россиян. Контакт начинался через сервис знакомств: анкета девушки, переписка, симпатия, предложение встретиться, билеты или подарок. Затем появлялась ссылка или просьба сообщить геолокацию. После этого в разговор входили уже другие люди, начинались давление и попытки заставить человека выполнять противоправные действия. И здесь человеку первоначально не предлагают Родину продать. Ему предлагают свидание! Есть ещё одна разновидность. Необязательно спрашивать человека о секретах напрямую. Иногда разведке интересен сам бытовой контекст: где человек находится, с кем общается, что видит каждый день, какие места посещает. А уже из множества мелочей складывается совсем другая картина. В сентябрьском крымском деле, например, конечным результатом, стали сведения о местах стоянки и маршрутах движения техники, объектах ПВО и топливной инфраструктуре. И есть следующий уровень, когда человек уже понимает, во что ввязался. На днях суды вынесли приговоры трём участникам агентурной сети, которые, по данным ФСБ и суда, помогали устанавливать оборудование для контроля радиоэфира Черноморского флота. Это уже не невинная переписка, а полноценная разведывательная работа. Сроки получили серьёзные: от 12 до 17 лет. Вот почему меня теперь меньше интересует вопрос «Как можно быть таким идиотом и отправить кому-то координаты ПВО?» Интереснее другое: что происходило за месяц до этого? О чём они говорили вечером? Чем делились? Когда впервые отправили фотографию, которая казалась совершенно безобидной? Когда сообщили, где находятся? И в какой момент человек перестал замечать, что вопросы постепенно становятся другими? Потому что хороший вербовщик не обязан начинать с секретов. Ему сначала нужен человек. Его доверие, привычки, слабости и ощущение, что по другую сторону экрана сидит кто-то свой. А уже потом задаётся следующий вопрос. Именно поэтому фраза «со мной такого никогда не случится» мне теперь нравится гораздо меньше. Со мной ведь тоже всё начиналось совершенно невинно. Телефон звякнул. «Здравствуйте. Кажется, я ошиблась номером…»