Воскресная мама — 5 июля 2026 г. в 09:00:03.189
Воскресная мама Как это ты ребенка ему оставила? Поль, у тебя с головой все в порядке? – мать показательно пощупала лоб дочери. Полина вздохнула и театрально закатила глаза. Ну вот, началось. – Мужики вообще ничего не смыслят в воспитании! – Мария Павловна продолжила гнуть свою линию. – Они же как дети малые, им самим нянька нужна! Ты вообще понимала, что творишь? О Мишеньке ты хоть на секунду подумала? Мамаша называется! Полина дернула плечом, уходя от назойливой материнской ладони. – Мам, ну хватит. Так будет лучше для всех. – Лучше? – мать аж задохнулась от возмущения. – Кому лучше? Ребенку всего пять лет! Я его теперь вообще не увижу, да? Он меня забудет! Забудет родную бабушку! – Господи, мама. Увидишь ты его, успокойся. Дима обещал давать ребенка. И тебе, и мне. – Обещал он! Ага! – Мария Павловна махнула рукой. – Много они обещают, эти мужики, а потом что? Нет, ну как можно было бросить родного сына, я не понимаю. Своего, родного ребеночка! Кровиночку свою! Полина резко поднялась. Сидеть и слушать это больше не было сил. Она прошлась от окна к двери и обратно. – Мам, это он мне изменил. Слышишь? Он! Не я! – не сдержалась Полина. – А когда я узнала, знаешь, что он сделал? Потребовал развода. Сам! И выставил меня из квартиры, как прислугу, которая надоела. – Ну так могла бы к нам... – В вашу однушку? – Полина невесело рассмеялась. – В квартиру, где и так не развернуться? У меня зарплата тридцать тысяч, мам. И крошечная студия. А у Димы зарплата в десять раз больше. Няня, хорошая школа, любые кружки – он может все это себе позволить. Мы вместе решили, что так правильно. И суд поддержал. Она замолчала. Господи, как же тяжело это проговаривать снова и снова. – Я теперь воскресная мама. Буду платить алименты. – Какая же ты мать, – Мария Павловна покачала головой. – Если смогла вот так отпустить своего ребенка. Эх ты... Полину обожгло изнутри, до самых костей. – Да я только о нем и думала, когда разводилась! – выкрикнула она. – О нем, слышишь? Не о себе! С отцом ему будет лучше, чем со мной на двадцати квадратах! Как ты не понимаешь, мама! Полина схватила сумку и вылетела за дверь, пока не сказала матери что-то такое, после чего они не смогут смотреть друг другу в глаза. На лестничной клетке пахло сыростью и чужой бедой. Полина привалилась к стене и закрыла глаза. Она поступила правильно. Правильно. Она верила в это...