Шарль де Голль и его супруга не стали публично сообщать о том, что у их младшей дочери ... — 8 июня 2026 г. в 04:46:10.422
Шарль де Голль и его супруга не стали публично сообщать о том, что у их младшей дочери синдром Дауна. Анна появилась на свет 3 января 1928 года. Родители с радостью и нетерпением ждали рождения третьего ребенка, и когда профессор Леви-Солал сообщил им, что у малышки синдром Дауна, что она, возможно, не сможет обслуживать себя и даже просто ходить, де Голль и его супруга пришли в отчаяние и шок. Они не могли найти ответа на вопрос, почему этот крест выпал именно им. А бабушка девочки (тёща де Голля) даже выдвинула версию, что Анна родилась такой из-за того, что её дочь Ивонна во время беременности испытала стресс, став на прогулке случайным свидетелем драки. С одной стороны, семья де Голль не скрывала диагноза дочери, но с другой, супруги не были намерены обсуждать это с журналистами и другими посторонними людьми. О том, чтобы отдать ее в специализированную лечебницу, как тогда было принято поступать с подобными детьми, и речи быть не могло. По воспоминаниям близких, вернувшись со службы, глава семейства первым делом шел к Анне – сажал ее на колени и начинал осыпать комплиментами. Она слушала, улыбалась, с любопытством вертела в руках его военную фуражку. Иногда счастливая девочка засыпала прямо у папы на коленях, и тогда он бережно переносил ее в кроватку. У них была особенная духовная связь. Де Голль не раз говорил, что этот ребенок был для него неким посланием свыше, позволившим лучше узнать людей и пересмотреть свои взгляды на жизнь. Горничная семьи де Голля вспоминала, что своими глазами видела, как суровый генерал, играя с Анной, ползал по комнате на четвереньках и при этом пел: «Как вы прекрасны, мадемуазель». Увы, счастье родителей оказалось не таким долгим, как им хотелось бы. Грипп, который подхватила девушка, дал осложнение на бронхи и легкие. Сердце не выдержало. Она умерла в 20 лет. Шарль де Голль очень тяжело переживал это горе. После смерти Анны генерал написал своей старшей дочери Элизабет: «Ее душа теперь свободна. Но исчезновение нашего маленького страдающего ребенка, нашей маленькой девочки без надежды принесло нам огромную боль».