ВОЕННАЯ СОЦИОЛОГИЯ
ВОЕННАЯ СОЦИОЛОГИЯ – Роман Богословский (для «Литературной газеты») опубликовал рецензию на роман «Промка» Дмитрия Филиппова. Сюжетообразующей фигурой в «Промке» кроме самого Вожака является Калина – его ближайший друг. Он мученик, фактически святой, во всяком случае, таким его рисует для нас Дмитрий Филиппов. Способность к самопожертвованию и духовная сила Калины неоспоримы, но финал печален. Его тело разрывает ударом беспилотника на глазах у Вожака. И тот фактически сходит с ума – друг станет являться ему живым, а секунды перед его смертью будут проигрываться в сознании обезумевшего от горя сапёра раз за разом. Приём с «днём сурка», конечно, не новый, но по-особому звучащий в предлагаемых обстоятельствах. Тут вам и драма, и травма, и трагедия, и немножко дэвидлинчевщины. И, естественно, фильм Велединского «Живой» не раз вспоминается. Другой пример. Разгильдяй Чиж являет собой иную грань военной социологии. Он – полная противоположность другим бойцам. Чиж – трус. Все страшатся идти в бой, это нормально для живого человека. Но Чиж боится по-особому – трусливо, поджав хвост. Он несколько раз сбегает из части. Почти опускается на дно, спрятавшись в квартире случайных знакомых алкашей в Ростове. Чиж мало того что труслив, он дезертир по духу, по сути. Но знаете, что важно? Филиппов, видевший кровавые ужасы войны сотни раз, пишет о нём без осуждения. Он не опускается до строгого порицания Чижа, а просто даёт понять, что, мол, да, вот такие люди тоже бывают на фронте, это данность. <...> «Промка» написана сдержанно, твёрдо и ёмко, словно каждое предложение стоит в строю по стойке смирно. И даже настоящий шаман-маг, боец, пришедший найти свою смерть в авдеевской промзоне, выписан у Филиппова без особых изысков и мистических глубин. Ну да, мол, шаман – и что? Все мы тут шаманы, когда молимся каждый своему Богу среди обвалившихся стен, лёжа на холодной, содрогающейся от взрывов земле… Основная мысль, которую я почерпнул из романа «Промка», такова: ты должен умереть ещё при жизни, если идёшь туда, где торжествует смерть. И только в этом случае у тебя есть шанс остаться по-настоящему живым. Вот такая интересная, противоречивая… и, безусловно, ужасающая формула-инструкция. ЧИТАТЬ ПОЛНОСТЬЮ ▪WB ▪Ozon ▪Читай город ▪book24