Дизель как топливо российской внешней политики, или как на «российской бензоколонке» по...
Дизель как топливо российской внешней политики, или как на «российской бензоколонке» подрались дядя Сэм, ЕС и «просроченный» президент Украины У американских санкций против России обнаружилось любопытное свойство. Они действуют ровно до того момента, пока не начинают слишком дорого обходиться самим американцам. И вот очередное подтверждение. Дональд Трамп договаривается с Владимиром Путиным о поставках российского дизельного топлива на американский рынок. Речь идёт о стартовых 300 тысячах тонн. А американский Минфин спешно оформляет генеральные лицензии и разрешает соответствующие финансовые и логистические операции – и это на фоне того, что против России введено уже более 6 400 американских санкций (а общий массив западных рестрикций давно перевалил за 22 тысячи). 🤔 Согласитесь, картина занятная. Ещё вчера Россия была объявлена изгоем и запрещена, а сегодня у неё уже просят помощь, продолжая поддерживать нашего врага, наносящего удары по российским городам. И тут некоторые наши патриотически настроенные комментаторы возмутились: как же так? Мы помогаем государству, которое поставляет оружие Украине, предоставляет разведывательную информацию и стремится ограничить наши экономические возможности? Вопрос понятный. Только в большой политике эмоции – плохие советчики. Особенно когда речь идёт о национальных интересах. 🇺🇸 Внутренний фактор: выборы и АЗС Начнём с того, почему американцам вдруг понадобился российский дизель. В США на носу промежуточные выборы в Конгресс. А статистика на заправках выглядит пугающе: если в феврале галлон дизеля стоил около $3,70, то к осени ценник взлетел выше $6,20–$6,30 – скачок более чем на 65%. Этот ценовой удар пришёлся прямо по логистике, фермерам и кошелькам рядовых избирателей. А вместе с ними – по электоральным перспективам правящей партии. Американский избиратель может не разбираться в тонкостях международной дипломатии. Зато он прекрасно видит бегущие цифры на табло АЗС. И в Вашингтоне это отлично понимают. ☝️ Главный вывод: когда интересы собственной внутренней экономики и предвыборные рейтинги вступают в конфликт с санкционной догматикой, Белый дом выбирает экономику. Причём без малейших сантиментов. 💰 Экономика сделки: цифры и реальный масштаб Теперь посмотрим, что получает Россия. Первоначальные 300 тысяч тонн – это примерно 2,2 миллиона баррелей. Для масштабов американского рынка объём скромный: гигантская экономика США сжигает такое количество дизеля буквально за 13 часов (внутреннее потребление там составляет около 4 млн баррелей в сутки при собственном производстве свыше 5 млн). Для российского бюджета коммерческая стоимость партии (порядка $210–$230 млн) – это тоже рядовой рабочий транш, составляющий доли процента от годовых нефтегазовых доходов. Никакой «золотой жилы» здесь нет. Но не всё в международной политике измеряется тоннажем и сиюминутной прибылью. Мы последовательно выступаем против искусственного разрушения торговых цепочек. Есть сырье, есть покупатель, есть экономический расчет. И ситуация складывается показательная: не Москва обивает пороги в попытке обойти барьеры. Это Вашингтон сам, собственной рукой, взламывает созданную им же санкционную блокаду. 🇪🇺 Европейский вопрос и двойные стандарты Европейским союзникам годами внушали, что разрыв связей с Россией – вопрос высшей солидарности и несгибаемой принципиальности. Европейцы послушно закрыли вентили. ПРОДОЛЖЕНИЕ ⬇️ ⬇️ ⬇️