Занесло меня к старому товарищу. Не виделись целую вечность, оба изменились за это врем...
Занесло меня к старому товарищу. Не виделись целую вечность, оба изменились за это время, конечно, постарели. Хотя у себя в блокноте я эту строчку зачеркнул и написал, что мы набрались зрелости, так ведь куда приятнее про себя думать. Когда-то он был мне учителем. Буквально за руку вел меня, тогда еще совсем несмышленого слепца, по узкой лесной тропке, с которой я всё норовил шагнуть в сторону и сгинуть в глухом буреломе. Сколько тогда было этого вязкого непонимания, глухого осуждения, неприятия. Сейчас кажется, будто всё это происходило вообще не со мной, в какой-то прошлой жизни, хотя по календарю прошло не так уж много лет. И вот свело нас общее дело, сидим за одним столом и впервые смотрим друг на друга как равные. Впрочем, рассказать я хотел совсем не об этом. Он успел жениться за эти годы. В доме хозяйничает удивительная девушка, редкая красавица, но главное даже не черты лица, а какое-то внутреннее свечение, которое и большой-то мастер слова на бумаге не передаст, куда уж такому графоману, как я. Вокруг крутятся двое чудесных ребятишек. Я сидел в этом желтом кухонном тепле, слушал, как звякают ложки о чашки, смотрел на их живую, чуть шумную идиллию и видел перед собой простое человеческое счастье. Понятно, что я тут человек со стороны, просто зашел в гости на пару часов к этой ячейке общества, и когда за мной закроется дверь, у них тут, как и у всех, может происходить всякое. Но такое точно не сыграешь на публику. Невозможно нацепить на себя эту легкость перед чужим человеком, просто чтобы пустить этому проходимцу пыль в глаза. Нет, подобные вещи считываешь сразу, кожей. Фальшивое счастье всегда фонит, его видно с порога по натянутым улыбкам и пустым глазам. По крайней мере у меня так. Я откинулся на спинку стула, немного отстранился от общего разговора и, наблюдая за тем, как они переглядываются через стол, думал вот о чем. До чего же редко мы отдаем себе отчет в том, что прямо сейчас рядом с нами хлопочут, смеются и просто дышат люди, из которых и складывается вся наша жизнь. Люди, которые без всяких громких слов отдали нам свои собственные, отмеренные им годы. Мы попросту привыкаем к этому, начинаем воспринимать их присутствие как должное. Как воздух или свет в окне по утрам. Просто привычная ежедневная данность, так было вчера и так, кажется, будет всегда. То счастье, за которым я наблюдал в этот тихий вечер, настолько хрупкое, что вдребезги разбить его можно за одну-единственную секунду. Ровно за ту же самую секунду, которая когда-то и позволила этому чуду появиться на свет. И оттого еще сильнее поражало, как они, купаясь в этом домашнем покое, ни на минуту не забывали о его настоящей цене. Все-таки обычная человеческая искренность остается одной из самых недооцененных вещей на свете, про которую мы в своей беготне так часто забываем. Подписаться на канал · Поддержать канал