«Статус ветерана СВО имеет значение. Можно сказать вслух то, что видишь неправильным, и...
«Статус ветерана СВО имеет значение. Можно сказать вслух то, что видишь неправильным, и постараться это поправить. Хочется больше делать добро – тем более что для этого порой достаточно просто доброго слова». До начала спецоперации Константин Панов занимал пост руководителя аппарата Общественной палаты Рязанской области. Что заставило его поменять комфортный кабинет на окоп? Какие мистические события ему пришлось наблюдать в зоне боевых действий? Что является самым опасным для тех, кто вернулся в мирную жизнь после спецоперации? На эти и другие вопросы ветеран СВО Константин Панов ответил газете ВЗГЛЯД. ВЗГЛЯД: Трудно бывает и тем, кто с фронта вернулся домой. К. П.: Скажу более того – это у всех так. Я, например, первое время после возвращения удивлялся, почему везде горит свет и спокойно ходят люди – было непонятно, где светомаскировка? Какого черта вы все тут шатаетесь, на открытой местности? Если честно, я до сих пор и в лес по грибы не хожу – начинаю себя ловить на мысли, что смотрю под ноги и ищу вовсе не грибы. ВЗГЛЯД: Посттравматичесский синдром? К. П.: Первые три месяца после возвращения было тяжело. До сих пор бывает и внутренняя тревога, панические атаки. Иногда где-то послышался резкий звук – и тебя откидывает назад. Стараюсь в такие моменты просто остановиться, подышать, минуты две-три – и отпускает. Влияло и то, что все-таки у меня были пара-тройка контузий, с этим приходится жить и периодически лечиться. ВЗГЛЯД: Как вы с этим со всем справлялись? К. П.: Семья и работа – вот что меня вытащило. И еще повезло, друзья затащили меня в общественную деятельность, в патриотическое воспитание, в лекции. Когда вернулся, моя знакомая, директор школы, попросила: приходи, пообщайся с детьми. Я сначала не понимал, о чем мне с ними разговаривать, а потом вспомнил свое советское детство, когда в школу приходили ветераны Великой Отечественной, тогда уже дедушки, в форме, с орденами, и рассказывали что-то. На меня, ребенка, это производило впечатление, я гордился своими дедами, которые тоже прошли войну. И подумал: наши деды тогда ходили и беседовали с детьми, теперь пришло наше время. Попробовал – понравилось. С детьми интересно, и когда видишь у них блеск в глазах, отдачу, получаешь от этого большое удовольствие сам. Тем более что потом и не только с детьми пригласили работать. Подробнее читайте в интервью для спецпроекта газеты ВЗГЛЯД «Жизнь после боя».