Дороже Рубинов — 19 июня 2026 г. в 17:00:03.121
Дороже Рубинов Никогда не думал, что свой новый рассказ начну словами почти из Корнея Чуковского: — Пошел Герцен на базар… А ведь правда, попал каким-то образом Герцен на Привоз. И что его туда понесло? А все просто оказалось. Он в зоопарке побывал. Не такое уж большое чудо наш зоопарк, а поди ж ты, привлек чем-то Герцена. Да ладно, речь не об этом. А о том, что обратно Герцен через Привоз пошел. Так ближе, да и интересней. А время-то какое было! Какое время! В Одессе как раз между цветениями акации и липы поспевает клубника. Целый ряд на Привозе клубничный. А аромат! Нет, это невозможно словами выразить. Нет таких слов. И не сочинят, наверное. Короче, слов нет, а аромат есть. Как в облако вошел в него Герцен, а выйти не может. Ну, нет таких путей, чтоб от клубники уйти. Беда… Посчитал Герцен наличность. Небогато… Всего рубль. Ну и копеек десять. На троллейбус. А рубль… Это, конечно, деньги. На пять буханок хлеба хватит. И… на триста грамм клубники. Так поди так мало и не продают. Или продают… Кто знает? Герцен точно не знал. И решил только спросить. Только спросить решил. И все. Только-только спросить. А у продавца — славный такой дядька! — товар заканчивался. Небольшая горка клубники осталась. На пару кило, не больше. Посмотрел селянин на Герцена, на его рубль, да и взял бумажный кулек — таким цыгане и еврей Лева торговали по пять копеек штука — а в кулек и ссыпал весь остаток клубники. И Герцену отдал. А рубль не взял. — Ешь отец! — и ушел, смутившись. А Герцен стоит. И слезы в глазах. Вот такие дела… И опять хочется слова великого поэта вымолвить: — Да, были люди в наше время… Да и дальше вместе с Герценом отправиться. Сесть в троллейбус №4, купить билет и слушать, как люди говорят, аромат клубники уловив: — Старичок! Куда ему столько? Разве что на варенье… А Герцен тоже себе думает: — Ну, куда мне столько? А потом тоже думает: Может, и вправду варенье сварить? Вышел старик на Жуковского, кулек с клубникой несет бережно, а навстречу… Ну, вы догадались, мадам Берсон. — И шо это вы Герцен таскаете? И не соврешь, что картошку. Аромат же! — Клубнику, — не соврал Герцен, а дальше понес неописуемое, — эх, жаль, силы не те, не смог больше унести! — И шо, ви такой богатый? — Если бы, — кручинится Герцен, — клубнику-то даром раздают… — И где такое удовольствие? И кому? И с почему? — интересуется мадам. — Около «Темпа» — не скрывает Герцен, — работники совхоза имени Пуримбекова всем желающим раздают. Сказали, что коммунизм репетируют! — Шоб они были здоровы! — на ходу проорала мадам, спеша на раздачу. А Герцен, облегченно вздохнув, отправился домой. В мире есть больше тысячи рецептов клубничного варенья. Но у каждой хозяйки есть свой, один единственный, заветный рецепт, оставленный бабушкой. Наверное, был такой и у бабушки Герцена. И она, перебирая алые ягоды, говорила: — Смотри Шломо! Запоминай, Шломо! Но столько лет прошло… Разве запомнишь? Конечно, Герцен знал нечто стандартное: кило сахара на кило ягод, варить в медной или эмалированной посуде… Но где тонкости, где, в конце концов, душа варки варенья? И Герцен пошел к тете Риве. — Рива, — начал он и пошаркал ногой, — помогите, Рива! — Вейзмир! — переполошилась тетя Рива, — вуз трапылось, Герцен? — Я решил варить клубничное варенье, — признался Герцен, — но совсем не знаю как! — Фу-у, — обрадовалась тетя Рива, — как вы меня напугали, Герцен! Идите спокойно домой, берите вашу ягоду и мойте ее под водой долго, но хорошо. А потом я приду и скажу, что дальше. — И Петю возьмите! — взмолился Герцен. — Петю? — Ну, да! Забыл сказать, что по дороге домой я встретил мадам Берсон! — А-а, теперь ясно! И Герцен пошел домой мыть клубнику, а тетя Рива отправилась будить дядю Петю. Мадам Берсон таки добежала до гастронома «Темп». Но никаких сотрудников совхоза имени товарища Пуримбекова там не обнаружила, зато обнаружила несколько теток, торгующих с земли клубникой, но не даром, а за деньги, причем немалые!