Продолжение . А уж что и говорить о старшем офицере «Минервы»: он — на линии получить в...
Продолжение . А уж что и говорить о старшем офицере «Минервы»: он — на линии получить в командование миноносец, стать самому себе барином, капитаном… Прибудет с адмиралом штаб, полный соглядатаев, критиков налаженности службы на крейсере, что не так приписывается командиру в мелочах, связанных с обслуживанием требовательных гостей: то отвезти срочный пакет в штаб такой-то бригады, то с частным поручением флаг-офицера к адмиральше, — мог же адмирал по ошибке захватить с собою ключ от стола, в ящике которого лежали деньги для хозяйства, или совершить иную оплошность, а все это требует излишнюю гонку катеров, а их на крейсере два, да к тому один еще, слава Богу, попыхивая дымом из трубы, уже отвалил от берега, направляясь на крейсер. По крайней мере, так было доложено старшему офицеру, самолично осматривавшему три каюты в кормовом офицерском коридоре, что предназначались для адмирала и чинов его штаба. Старший офицер промелькнул метеором через кают-компанию, направляясь к себе, когда лейтенант барон Ропп с озабоченной гримасой поспешил следом за ним. Стук в дверь, из-за нее: «Войдите!». — В чем дело, Яша? — почти ласковым тоном задает вопрос старший офицер, оттолкнув бумаги на столе и поворачиваясь на винтовом кресле лицом к вошедшему. — Александр Семенович, пренеприятный случай, что я тебе должен… — Говори скорей, что случилось? — старший офицер замечает расстроенное лицо лейтенанта и невольно прищуривает глаза в ожидании неприятности. — Вернувшийся из порта старшина парового катера доложил мне, и я сам это проверил: все медные части, как полуклюзы, поручни на рубке, даже крышки от горловин в угольную яму — все отвинчено, снято и исчезло! — Ка-а-к? — глаза старшего офицера превратились в щелки, из которых сверкали искры. Голос принял желтый оттенок, когда он процедил сквозь зубы, почти шепотом: — А старшина? О чем же этот дурак думал, когда принял катер? Почему не заявил тотчас в порту? — Старшина доложил, что он портовому служащему на это указал, а тот ответил: «Посмотрите у себя на корабле, никто не сдает катеров в ремонт, не сняв медные уборы»… — Ну, а старшина что же? Не знает, что крышки горловин — не уборы? Не знает, что флагшток, румпеля — другое дело, а поручни, а полуклюзы, что привинчены? Да я его, твоего Бутурлина, в два счета нашивки унтер-офицерские сняв, в гальюнщики назначу… — Бутурлин оправдывается, что когда катер сдавали, он в отпуску был… — Ну а вы, Федор Лотарович, — в сердцах старший офицер перешел на «вы» и называя по имени-отчеству, совсем теряя терпение. — Не вы ли ответственны за тот катер, которым заведуете? Лейтенант молча опустил голову. Молчание. Старший офицер барабанил пальцами, отыскивая выход. — Пошли ко мне Алексиса! — отвернулся он к столу, видимо составив какой-то план действий. Через две минуты стук в дверь. — Разреши войти? — голос ревизора на пороге каюты. Старший офицер уже обрел равновесие. Только разглаживание бороды «а ла Анри катр», такой всегда холеной, выдает его волнение, — Алексис, — мягко начинает он. — Тебе известно, что начало маневров может быть назначено на завтра утром? Так вот: наш катер вернулся из порта обворованным, о том, чего не достает, — узнай у барона Ропп. Тотчас же направляйся в порт, прояви инициативу как знаешь, но чтобы я увидел катер в полном порядке сегодня же вечером. Ты меня понял? Ревизор машинально вынул из кармана часы. — Начало двенадцатого… — прошептали его губы. Старший офицер пожал плечами. — Поспеши. Я звоню на вахту, чтобы подали катер к трапу. — Есть! — повернулся мичман к двери. Продолжение дальше
Канал в каталоге Максиметера
245 подписчиков · Медиа и блоги