МЕРЦ, МЕЛОНИ, МАКРОН: ТРИ «М», ОДИН ПОЛИТИЧЕСКИЙ ТУПИК
МЕРЦ, МЕЛОНИ, МАКРОН: ТРИ «М», ОДИН ПОЛИТИЧЕСКИЙ ТУПИК Политолог, кандидат политических наук Дмитрий Евстафьев Европейская политика неожиданно вышла на улицы. Молодёжные протесты во Франции потрясают не только масштабами насилия, но и его бессмысленностью. А ещё нацеленностью против людей, представляющих власть, — полицейских, пожарных, чиновников. Резкий рост антивластных настроений в Германии. Их порой называют «праворадикальными», но это очевидно не так, учитывая результаты выборов и в Берлине, и в другие земельные парламенты Германии, где усиливаются и левые — также весьма радикальные. Напомним и про недавние молодёжные антивоенные акции, собравшие широкий политический спектр немецких молодёжных организаций. В Италии всё пока более спокойно, но это спокойствие очевидно временное. В Великобритании, помимо кризиса целостности государства, впрочем, в вялотекущем режиме идущего уже пару десятков лет, очевидны и наложившиеся друг на друга кризисы системы госуправления — проще говоря, деградация правящей веками в Британии бюрократии — и публичной политики. Премьер-министр Э. Бёрнем, напомним, седьмой за последние десять лет, вероятно, продолжит череду «короткоживущих» руководителей в прошлом великой державы. Казалось бы, внешне очень различные случаи и мало похожие друг на друга лидеры. Что, спрашивается, общего между Ф. Мерцем и Дж. Мелони? Но есть три обстоятельства, объединяющих не только их, но и большинство политиков современной Европы. Первое. Все упомянутые лидеры, пусть и с разной степенью радикальности, были сторонниками продолжения поддержки киевского режима любой ценой. Пусть Мелони и Макрон периодически делали «оговорки», но поддержка Зеленского продолжалась и продолжается сейчас, несмотря на очевидную нацеленность Зеленского на максимальную эскалацию войны, причём войны, ведущейся за счёт европейских налогоплательщиков. Даже в условиях явного осознания в европейских столицах военной бесперспективности боевых действий, причём как тактической, с точки зрения «достижений» ВСУ на «поле боя», так и стратегической. Тут отметим существенную разницу между элитами США и Европы. В США коррупцию на Украине и лично окружения Зеленского восприняли болезненно. Потому что в Киеве «осваивали» американские деньги. В Европе… степень равнодушия к коррупции в Киеве была поразительна. Хулиганство и уголовщина мигрантов с Украины волновали европейских политиков куда больше. Потому что украденные деньги не осознавались — во всяком случае, до самого последнего времени — как «свои». Считалось, что «карман» Вашингтона бездонен. Второе. Все эти лидеры действовали, во всяком случае до последнего времени, исходя из «заветов» Анналены Бербок, однажды сказавшей (и, несмотря на критику, так до конца и не открестившейся от своего высказывания), что её не интересует мнение немецких избирателей. Но эта же позиция характерна для всех европейских политиков. А в Великобритании возможность игнорировать мнение общества, избирателей положена в основу государственного управления: смена руководителя страны простым «партийным голосованием». И национальные, и тем более общеевропейские (проще говоря, брюссельские) элиты исходили из крайне опасной посылки, что они могут не просто «царствовать», а «править», принимая решения, затрагивающие кошелёк избирателя, делая вид, что его нет. И что «мандат доверия» им вручён навечно, правда, никто уже не помнил когда. Теперь на улицы европейских городов возвращается бумеранг небрежения общественным мнением. И тут позволим себе сказать, что европейские элиты не просто не знали свои страны, свои общества. Они искренне считали, что им этого знать не нужно. А поэтому явно упустили настроения в молодёжной среде. А это вообще-то будущее всех стран Европы — даже в условиях «толерантности и мультикультурализма». Это вообще-то будущие европейские избиратели. Продолжение в следующем посте