Юрий Аганин (Геленджик) | Стихи и рассказы. Поэзия и проза.
Образование · 25 сентября 2026 г.
* Давай-давай (Рассказ) *
* Давай-давай (Рассказ) * *** – Давай, Серёга, покажи им всем русский характер, – Михалыч похлопал меня по плечу, и я потихоньку поехал ближе к стартовой площадке. Сани, вроде бы, хорошо скользят, ребята постарались. Сервисмены у нас хорошие, не хуже, чем у норвежцев. А сегодня хорошие сани и качественная смазка – это чуть ли не половина залога победы. Двадцать километров на одних руках – поначалу казались невыполнимой задачей, а сейчас, после двух лет тренировок, – плёвое дело. Так, очередь на старт всё ближе. Спокойно. Всё получится. Поехали. Главное – мысли теперь не расплёскивать. Надо за техникой следить. – Спокойно, спокойно, – кто-то на трассе меня успокаивает, чтобы я не гнал в самом начале и поберёг силы, – не торопись. Действительно, куда это я разогнался на первых парах. Так... поворот, надо поаккуратней. Всё, можно немного расслабиться, дорога длинная. *** – Мигель, дроны! – это было последнее, что я услышал в тот злосчастный вечер. Очнулся я уже в госпитале. Это я понял по запаху отдалённо знакомых лекарств. Этот запах растормошил мои воспоминания. Откуда я его знаю? Не помню... Но очень хотелось вспомнить. В голове ощущалась сплошная муть. Где-то вдалеке чувствовалась боль, особенно в ногах. Наверное, накачали обезболом. Глаза открывать совсем не было желания. Страшно... Бог его знает, что я там увижу. А вдруг я не в нашем госпитале? Надо прислушаться. Там хоть и по-русски, в основном, разговаривают, но нет-нет, да и проскакивает украинская мова. Тишина. Я немного пошевелил рукой – вроде не пристёгнут – тихонечко приоткрыл левый глаз и глянул по сторонам. Ну, слава богу. Свои. На стене красовалась фотография нашего Президента. Так вот для чего в больничных палатах такие фотографии. Ну, по крайней мере, и для этого тоже. – Очнулся, милок? – в палату зашла старенькая медсестра. – А мы и не надеялись, очень сильно тебя потрепало. Как она узнала, что я очнулся? Головой не верчу, ногами не дёргаю. Я полностью открыл глаза и первым делом спросил: – А Андрюха? Как он? – это точно мой голос? Какой-то чужой, хриплый. – Какой Андрюха, милок? – медсестра остановилась и вопросительно уставилась на меня. – Ну, Андрюха, нас вместе с ним дронами накрыло. – Не знаю, милок, тебя одного доставили, может, не задело его даже. Ты поспи ещё, после узнаешь, – медсестра говорила ласково, при этом заправляя шприц каким-то лекарством. Укола я даже не почувствовал. – Ну да, может, и не задело, – прошептал я и вновь провалился в сон. *** – Хорошо, Сергей, молодец, внимательней на спуске, – чей-то голос вывел меня из воспоминаний. Впереди спуск, довольно крутой. Так... Аккуратней... нормально. Работаем дальше. *** Второй раз я проснулся не сам. – Проснись, боец, – кто-то тормошил меня за плечо. Я открыл глаза и увидел перед собой бородатое лицо врача. Резкая боль прошлась по всему телу, особенно по ногам, – наверное, дозу обезбола стали понемногу снижать. – Просыпайся, – ещё раз повторил бородатый врач, – обход. Как ты себя чувствуешь? – Нормально, – почему-то ответил я, хотя чувствовал себя совсем не нормально, – только ноги болят. – Это фантомные боли. А ещё что-нибудь болит? – врач был довольно учтив. – Да вроде всё понемногу болит, но ноги сильнее. – Добавьте чуть-чуть обезболивающего, – бородатый обернулся и сказал это куда-то назад, – не надо так резко снижать. – Хорошо, – послышался звонкий девичий голос из-за спины врача. – Фантомные боли? – я удивился непонятной формулировке. – Это как? – Фантомные, значит несуществующие. Ваш мозг всё ещё помнит, что у вас есть ноги, – доктор немного улыбнулся. – В смысле, помнит? Я же их чувствую! – я решительно приподнялся на локтях и посмотрел туда, где должны были быть мои ноги, но под больничным синим одеялом была пустота. Дикий ужас охватил меня, мурашки пробежали с головы до пят, до несуществующих пят. Как без ног-то? Кому я теперь нужен? – Всё хорошо, отдыхайте, – спокойно сказал бородатый врач и покинул палату вместе с сопровождавшей его медсестрой.