«Подари мне то, что нельзя купить», — сказала цыганка. Я не поняла, а через 3 года всё ... — 16 июня 2026 г. в 05:00:04.286
«Подари мне то, что нельзя купить», — сказала цыганка. Я не поняла, а через 3 года всё исполнилось. Это был просто хороший осенний день - солнечный, теплый и немного грустный. Так всегда бывает в бабье лето. Хочется о чем-то жалеть. Листопад кружил над городом, давая философам почву для размышления на тему жития. Рыжие волосы подпрыгивали в такт звонким каблучкам. Прогуливаясь по причудливо изогнутым аллеям парка, Олеся впервые хотела ни о чем не думать, просто наслаждаться этим погожим днем. Она знала, что впереди, очень скоро, ждала бесконечная сырость тоскливой осени. Девушка остановилась, вдыхая осенний воздух. Листья, шурша и игриво кружась, медленно оседали под ноги. Она наклонилась, чтобы поднять золотисто-оранжевый . Повертела его в руках, думая о чем-то своем. Вздрогнула, выронила лист... Цыгане. Они преследовали Олесю везде: в метро, автобусе, возле магазинов и вот, добрались до парка. Настроение вмиг было испорчено. Она решила уйти, но... - Девушка! Девушка! Дай, погадаю! Всю правду скажу! - раздался голос рядом. Не глядя на цыганку, Олеся мотнула головой в знак протеста и тихо сказала: - Не надо. - Эй! Чего испугалась? Не бойся! Я правду скажу! Счастливая будешь! - затараторила та. Сколько раз эти слова слышала девушка, не перечесть. А счастья так и не прибавилось. "Только не смотреть в глаза, только не смотреть", - уговаривала она себя, зная, что цыгане часто используют гипноз. Потом не помнишь: что отдал, как, кому. " И чего она ко мне прицепилась? Что других мало что ли?" - Ну и долго ты будешь в земле дыры искать? Тебя ведь Олесей зовут? - Допустим, - не поднимая глаз, ответила девушка. - Что тебе от меня надо? Я тороплюсь! Она не удивилась тому, что цыганка знала ее по имени. Многие знали девушку в лицо. Было очень неприятно, когда за спиной шептали: "Это та самая!" Все случилось три года назад. Отец Олеси - глава городского совета. Олеся не то, что подумать, а и представить себе не могла, что когда-нибудь их семья будет жить по-другому. Она никогда ни в чем не нуждалась. Единственная дочь, избалованная любовью родителей, имела все, что только могла пожелать. На шестнадцатилетие отец подарил Олесе дорогой автомобиль. Одноклассники завидовали и восхищались её жизнью. Мама укоряла отца в том, что он балует дочь. Тот только отмахивался: - Если не я, то кто? Кто еще её будет баловать? Мама пожимала плечами, и только качала головой, немного беспокоясь о том, что скажут люди. Она всегда обо всем переживала и беспокоилась. После школы отец настоял на том, чтобы его девочка стала юристом. Олеся не сопротивлялась. Училась она хорошо. Поступить в университет ей не составило большого труда. Хотя за спиной шептались: "Это ее папаша постарался, выбил место для дочери". Девушке было все равно, что думали другие. Главное, что думал о ней ее отец. Он же гордился своей крошкой и дарил подарки за каждую удачно сданную сессию. Она училась на втором курсе Университета, когда его не стало. Он умер от сердечного приступа за рабочим столом, в своем кабинете. Новость об этом разнеслась по всей округе. Фото отца, мамы и Олеси появились во всех печатных изданиях города. Эту трагедию еще долго мусолили в желтой прессе. Не понимая, как горько вновь и вновь читать о смерти самого близкого человека. Жизнь изменилась до неузнаваемости. Кроме пустоты от утраты, появилась другая пустота... Как выяснилось - у них не было никаких денег на банковских счетах. Мама работала в больнице. И ее зарплаты хватало только на оплату за коммунальные услуги и немного на еду. Все друзья и доброжелатели исчезли в один миг, после похорон. Оплатить учебу Олесе не предвиделось возможным. Продав машину и кое-какие вещи, подаренные отцом, она смогла оплатить один год обучения. После третьего курса устроилась на работу секретарем. Набирать текст и отвечать на телефонные звонки она умела. Знание английского языка почти не пригодились. Зарплаты хватало только на личные расходы. Так они теперь и жили, как все нормальные люди.