Поэт на посту прокурора — Коротко о Министерстве юстиции Российской империи
Поэт на посту прокурора — Коротко о Министерстве юстиции Российской империи 8 сентября 1802 года Александр I подписал Манифест об учреждении министерств — так на смену запутанной системе петровских коллегий пришли восемь отраслевых ведомств. Среди них появилось и Министерство юстиции, созданное на базе упразднённой Юстиц‑коллегии. Державин — первый министр и его короткая служба Первым министром юстиции и одновременно генерал‑прокурором Сената стал поэт Гавриил Романович Державин. Он энергично взялся за наведение порядка: проверял губернаторов, расследовал преступления, жёстко отстаивал справедливость — даже в ущерб личным отношениям. Из‑за этой принципиальности он продержался на посту чуть больше года и в октябре 1803 года был уволен. Задачи нового ведомства Министерство юстиции управляло судами, назначало и увольняло судебных чиновников, готовило законы и следило за соблюдением земельных прав дворян. Министр как генерал‑прокурор контролировал весь процесс — от возбуждения уголовного дела до его завершения. Кодификация и развитие права При министерстве работала комиссия по составлению законов. Под руководством Михаила Сперанского издали 56 томов Полного собрания законов и 15 томов Свода законов. Позже по инициативе министра Дашкова открыли Училище правоведения — прообраз будущих юридических вузов, а также создали первые коммерческие суды в Петербурге и Москве. Реформы и расширение полномочий Судебная реформа 1864 года изменила систему: появились мировые судьи и присяжные, усилилась самостоятельность прокуратуры. Позже в ведение Минюста передали тюремное управление, а по его представлению отменили публичное исполнение смертной казни. Дом на Малой Садовой и долгая история Министерство располагалось во дворце Шувалова на Малой Садовой в Петербурге. В 1917 году ведомство преобразовали в Министерство юстиции Временного правительства. Его традиции и наработки продолжили советские и современные органы юстиции. *** Поэт, который ставил справедливость выше воли императора, дал старт системе, пережившей саму империю. Как вы думаете — может ли принципиальность одного человека реально менять государственные институты, или любая система неизбежно подстраивает под себя даже самых несгибаемых? Подписаться - Забытое прошлое. История, которая живёт в нас