Дело, в котором суду пришлось выбрать, кто из двух детей будет жить — 7 июня 2026 г. в 11:09:28.852
Дело, в котором суду пришлось выбрать, кто из двух детей будет жить В 2000 году в Манчестере (Англия, Великобритания) родились сросшиеся близнецы из мальтийской семьи - Грейси и Рози Аттард. В судебных документах их называли условными именами Джоди и Мэри, чтобы скрыть личности родителей и защитить семью от внимания прессы. Сначала это выглядело как трагическая медицинская история, но очень быстро дело превратилось в один из самых тяжёлых процессов в истории английского права. У Грейси были органы, которые могли работать самостоятельно. У Рози такой возможности не было: её сердце и лёгкие не могли поддерживать жизнь отдельно от сестры, поэтому она фактически существовала за счёт общего кровообращения. Врачи пришли к выводу, что если девочек не разделить, сердце Грейси не выдержит двойной нагрузки, и через несколько месяцев погибнут обе. Но операция тоже не давала счастливого решения. Если хирургически разделить близнецов, Рози погибнет почти сразу, потому что не сможет жить самостоятельно. Зато Грейси получит реальный шанс выжить и прожить отдельную жизнь. Родители отказались давать согласие на операцию. Они были католиками и считали, что не вправе выбирать, какая из их дочерей должна жить, а какая умереть. В их позиции не было равнодушия или жестокости: наоборот, именно потому, что они любили обеих девочек, они не могли подписать согласие на вмешательство, которое сознательно приведёт к смерти одной из них. Тогда больница обратилась в Высокий суд правосудия Англии и Уэльса. 25 августа 2000 года судья разрешил провести операцию. Родители обжаловали это решение, и уже 22 сентября 2000 года дело рассмотрел Апелляционный суд Англии и Уэльса. Перед судами стоял вопрос, на который невозможно ответить спокойно: может ли суд разрешить операцию, если она спасёт одного ребёнка, но неизбежно приведёт к смерти другого? Если запретить операцию, обе девочки почти наверняка погибнут. Если разрешить операцию, одна девочка будет спасена ценой смерти другой. В итоге разрешение на операцию осталось в силе. Но суды при этом не пошли по простому и циничному пути. Они не объявили Рози «частью тела» Грейси и не сказали, что её жизнь не имеет самостоятельной ценности. Наоборот, суд признал: перед ним два разных живых ребёнка, и жизнь каждой из них имеет значение. Не менее важно и то, что суд не стал изображать родителей безумцами или фанатиками. Их выбор был трагическим, но понятным: они не хотели становиться людьми, которые выбрали смерть одного своего ребёнка ради спасения другого. Тем не менее суд решил, что право не может уклониться от выбора, если бездействие тоже является выбором. В этой ситуации отказ от операции означал бы не нейтралитет, а фактическое согласие на смерть обеих девочек, хотя одну из них можно было спасти. Операцию провели. Рози умерла. Грейси выжила. Спустя годы стало известно, что Грейси выросла. Последние подробные публичные сведения о ней относятся к 2020 году: ей исполнилось 20 лет, а хирург, участвовавший в операции, говорил, что она стала самостоятельной и умной девушкой. Сама семья при этом много лет избегает публичности, и это тоже важная часть истории: судебное решение получило известность во всём мире, но человек, ради которого оно принималось, получил право на обычную непубличную жизнь. Это дело до сих пор обсуждают юристы, врачи, философы и религиозные мыслители, потому что оно ставит вопрос, от которого невозможно отмахнуться: если всех спасти нельзя, имеет ли суд право выбрать меньшее зло?