Уголь, блокада и мёртвый город гортензий — 26 июля 2026 г. в 13:18:09.224
Уголь, блокада и мёртвый город гортензий Местные, которых осталось здесь, по разным данным, от 5 до 8 семей, не любят, когда их город называют «мёртвым». Они не уехали отсюда после страшных событий — а значит, здесь теплится жизнь. И кто знает, возможно, со временем дома и квартиры снова займут сотни и тысячи людей, как было прежде. А пока в зияющих глазницах заброшек плетут свои сети плющи и зловещим ковром мох укутывает облупившиеся стены, сгнившие перекрытия и парадные лестницы. Но посмотрите, какие гортензии! Дикая поросль повсюду: нежно‑розовые, синие, голубые. Их никто не обрабатывает, не удобряет, не подрезает. Они остались здесь в память о тех, кто жил, работал, любил и погиб. Акармара — бывший шахтёрский посёлок в Восточной Абхазии. Уголь в этом районе обнаружили ещё в XIX веке, а в Великую Отечественную войну месторождение стало стратегически важным — ведь основные донбасские бассейны оказались под оккупацией. Посёлок застраивали пленные немцы. Среди них, по разным источникам, были профессиональные архитекторы. Именно поэтому облик спального района для рабочих совсем нетипичен: тут не увидишь бараков и хрущёвок. Широкие проспекты, неоклассические фасады с арочными окнами, высокие потолки, колоннады, лепнина, балюстрады и парадные лестницы — всё это придаёт посёлку особый шарм. В 1970‑е годы Акармара стала элитным районом: квартиры с лепными потолками и паркетными полами здесь давали семьям главных инженеров, бригадиров шахт и передовиков производства, работавших на угольных шахтах и обогатительных фабриках в долине реки Аалдзга (Галидзга). Функционировали школа, больницы, кинотеатр, ресторан, гостиница и Дом культуры. В лучшие годы здесь жили около 5000 человек. Шахтёры спускались на работу по канатной дороге, соединявшей верхние кварталы с промзоной внизу: перепад высот составлял около 200 метров. Уголь перевозили по железной дороге через знаменитый изогнутый виадук — единственный в СССР арочный мост с кривизной. Его, кстати, использовали как натурную локацию для съёмок сериала «Фишер. Затмение». Почти 50 лет (до 1986 года) по мосту шли составы с углём из Акармары к черноморским портам. Электричество давала ГРЭС мощностью 22 МВт в долине. Всё работало как часы — пока не перестало… Посёлок, люди и шахты погибали не в одночасье. Их продержали 413 дней в блокаде. Акармару уничтожила грузино‑абхазская война 1992–1993 годов. Была разбомблена ГРЭС, исчезло электричество, продовольствие не поступало. Люди умирали от эпидемий и голода. Шахты оказались разрушены и затоплены, обогатительные фабрики остановлены. Посёлок начал умирать. Тем, кто смог выбраться из Акармары до блокады, возвращаться уже было некуда. Субтропики продолжили разрушительную работу, начатую войной, и вернули себе то, что когда‑то им принадлежало. Те, кто отказался уехать или вернулся после войны, живут в полуразрушенных многоэтажках: у них нет центрального отопления, электричество поступает от генераторов или дотянутых линий, вода — из горных ручьёв. В Акармаре нет магазинов, аптек, регулярного транспорта. Но есть туристы — поэтому работают 2–3 кафе, лавки с сувенирами, домашним вином и мёдом. Как здесь оказались гортензии? Их высаживали семьи шахтёров во дворах, вдоль улиц, в парках. Климат в горах для этого цветка идеален: довольно часто идут дожди, есть тень. И самое главное — почва: в горах она богата минералами. А у гортензий есть особенность: окрас соцветий зависит от кислотности грунта. На более кислых участках цветы получаются голубыми или синими, на щелочных — розовыми. Разгар цветения — с июня по июль. Так что, если получится заехать в Восточную Абхазию, не упустите шанс увидеть заброшенный город шахтёров, утопающий в цветах. Но помните: срывать цветы запрещено — за это грозит штраф.