ХОЛОСТЫМИ НЕ СТРЕЛЯТЬ! — 19 февраля 2026 г. в 14:07:25.306
ХОЛОСТЫМИ НЕ СТРЕЛЯТЬ! Император Всероссийский Николай I Павлович пристально следил за состоянием дел на западных рубежах державы. Ведомо ему было многое, в том числе и то, что российские пограничники бесстрашно вступают в противоборство с численно превосходящим противником. А также то, что они чураются, даже рискуя жизнями, применять оружие против гражданских соотечественников. Даже тех, кто погряз в криминале. К тому, что пограничному стражу в критический момент рекомендует применять оружие против «крестьян», на самом деле являвшихся отъявленными контрабандистами, специальная статья Таможенного устава и он на неё, в случае чего, обопрётся, Николай I относился скептически. Однако процент потерь личного состава в схватках с озверелыми селянами при изъятии из их погребов и схронов незадекларированного товара заставлял императора подумывать о том, как его снизить. Задача непростая! Есть сведения: министр финансов от имени императора дал устное распоряжение, согласно которому пограничное командование на местах должно отвечать за потери личного состава. А также за то, чтобы офицеры и нижние чины пускали в ход оружие против обнаглевших от безнаказанности «не запятнавших себя преступной деятельностью» обывателей... 24 июня 1853 года надзирателю Виленской бригады пограничной стражи поручику Ходунову поступили сведения о том, что контрабандисты прорвали границу. Во главе 10 объездчиков он ринулся в поиск, обнаружил следы и, проскакав полтора десятка вёрст, разыскал спрятанные в лесу 13 битком набитых тар с дефицитом. Часам к трём пополуночи всё найденное повезли на таможню. Не проехали и версты, как из кустов грянул выстрел, и поручик Ходунов свалился с коня, получив пулю в грудь. Вслед за тем выскочившая из засады орава навалилась на стражников, намереваясь отбить товары и отобрать оружие. Однако бандиты просчитались, решив, что раненый офицер пограничной стражи выбыл из строя. Ходунов не только поднялся с земли, но, встав во весь рост, выхватил саблю и, увлекая за собой нижних чинов, бросился на обидчиков. Не ожидавшие такого поворота событий контрабандисты бросились наутёк. Поручик, подчиняясь приказу командования, геройствовать не стал. Понимая, что нападавшие численностью более 30 человек, опомнившись, вернутся, чтобы продолжить начатое, он приказал занять оборону и послал объездчика за подкреплением. Командир как в воду глядел. «Когда же контрабандиры, выскочив из леса, вторично открыли по Стражам огонь, в результате чего были ранены две лошади, то Поручик Ходунов и оставшиеся при нём объездчики вновь атаковали злоумышленников и обратили их в бегство». К тому времени подоспела подмога в лице помощника надзирателя пограничной стражи поручика Вязовского с 15 объездчиками и подпоручика армейского полка Синявского с десятком солдат. Сила! Поручик Ходунов, будучи в совершенном изнеможении от потери крови, передал дела сослуживцу. Принявший командование поручик Вязовский отправился воевать с отступившими в деревню уголовниками, на полном основании рассчитывавшими получить поддержку от населения: едва ли не каждый второй был их подельником, а то и родственником. В расчёте они не ошиблись. 150 «землепашцев» набросились с кольями на пограничников. Привыкшие к тому, что пули и картечь в их строну не полетят, страху они не ведали. Вот тут промашка вышла, Боевой офицер, полчивший от командования приказ «Холостыми не стрелять», отдал такой же нижним чинам. А те, скрипя сердцем, подчинились. После ружейного залпа — в щадящем варианте — объездчики выхватили сабли и двинулись на ошалевшую толпу. Именно тогда до зачинщиков буйства дошло: благодатные времена остались в прошлом, а собственная шкура дороже денег. Обгоняя ветер, селяне бросились кто куда. Товары как были не разгружены с телег, тактам и оставались. Кроме них на Горждовскую таможню доставили ещё 22 товарных места. Докладывая императору о том, что его неписанное распоряжение относительно самозащиты с помощью оружия неукоснительно исполняется, министр финансов походатайствовал