Мне позвонила соседка снизу в семь утра. — 28 августа 2026 г. в 06:16:53.298
Мне позвонила соседка снизу в семь утра. — Твой отец опять на лавочке спит, — говорит. — Второй раз за неделю. Отцу восемьдесят два. После смерти мамы он завёл привычку: встаёт затемно, берёт с собой пса Джека — тот у него дворовый, прибился три года назад, — и уходит гулять. Иногда до рассвета. Иногда садится на лавку и правда засыпает. Я приехал ругаться. Приготовил речь про давление, про то, что упадёт, что зима на носу. Пришёл — а он не спит уже, сидит, курит одну на двоих с Джеком (ну, курит один, Джек просто рядом сидит, привалившись боком). Увидел меня, не удивился. — Знаешь, почему я сюда хожу? — спрашивает, не дожидаясь моей речи. — Мы с матерью тут познакомились. Вон на той лавке. Шестьдесят один год назад. Я сюда прихожу, чтобы с ней поговорить. А Джек ждёт, пока я договорю. Он единственный, кто не торопит. Я сел рядом. Молчал. Джек положил морду мне на колено, как будто тоже понимал, что сейчас лучше просто помолчать втроём. Домой отца в тот день я так и не забрал. Посидел с ним до обеда. Иногда людям нужна не таблетка от давления, а лавочка, на которой можно вслух договорить то, что не успел сказать при жизни.