А он ничей. Глава 60 — 23 мая 2026 г. в 14:01:01.083
А он ничей. Глава 60 Автор Аида Богдан Почему-то всё самое непредвиденное случается ночью, когда человек остаётся один на один с собой и кромешной тьмой. Хорошо, когда рядом есть хоть кто-то из близких, к кому можно обратиться за помощью. В случае с Анфисой в дело вмешались сын, накануне прибывший из интерната, и дочь, оставшаяся с ночевой. Если бы не дети, всё могло закончиться гораздо печальнее. Ну и, конечно, спасибо Завьялову, не стал артачиться, согласился поехать посреди ночи в райцентровскую больницу. Ситуация повторилась снова, как и много лет назад, когда он отвёз беременную соседку в роддом. Тогда-то и появился на свет упрямый и гордый Казбек, непримиримый к чужим слабостям и свободолюбивый. После откровений матери он перестал общаться с отцом Оксаны, а когда вдруг приспичило, первым делом прибежал к нему. Вот такой вот странный парадокс. С другой стороны им и правда больше не к кому было обратиться, на счету была каждая минута. Слава богу, медицинскую помощь Анфисе оказали вовремя. Юлька с сыном остались дома, Казбек поехал с матерью. Впервые в жизни ему стало страшно, хотя он никогда и ничего не боялся, но на фоне случившегося, к нему вдруг пришло чёткое понимание, что мамы может не стать в любой момент. От бессилия, что не может помочь родному человеку, или хотя бы забрать её боль себе, хотелось плакать. Парень, конечно, знал, что жизнь очень быстротечна, и никто не вечен. Старый друг Лев Абрамович, приучивший его к чтению, ушёл после продолжительной болезни. Смерть для него стала своего рода освобождением от мучений. Увы, люди смертны – это данность, с которой нужно смириться, так устроено природой. Но разве можно быть готовым к подобному исходу, когда это напрямую касается матери? Внешне Анфиса всегда выглядела вполне здоровой, и ничто в её облике не намекало на болезнь. Она и сама не понимала, что происходит с её организмом в последнее время. В тот день с раннего утра стало твориться что-то непонятное. Вначале заболел живот, а потом к горлу подступила тошнота, видимо отравилась чем-то. Так обычно бывает, когда с вечера съешь что-нибудь тяжёлое или неудобоваримое. После того как приняла но-шпу, стало значительно легче. Однако работу никто не отменял, а деньги сами собой с неба не сыплются, пришлось идти в цех. Ближе к обеду на женщину накатила такая слабость, что даже не было сил стоять на ногах, не то что трудиться. Бригадир над ней сжалился и отпустил домой, наказав строго-настрого обратиться к врачу, но она предпочла просто отлежаться. Снова наглоталась таблеток, после чего спокойно уснула. К вечеру стало хуже, и Анфиса решила с утра ехать в райцентр в больницу, а ночью скрутило так сильно, что она даже дышать не могла от боли, едва не упала, пока шла по коридору на кухню за очередной порцией лекарств. Тут вышел из своей комнаты разбуженный Казбек, а следом и дочь встала. Поняли, что шутки плохи, и побежали в соседний двор просить за мать. У дяди Васи была своя машина, но он не являлся таксистом, или водителем общественного транспорта. Мог бы отказать, конечно, но не стал этого делать, хотя имел право прогнать обоих, а особенно Казбека, который вдруг перестал здороваться по совершенно непонятной причине. Но не выяснять же отношения в пути? Да и Василию было всё равно, он просто давил на газ, чтобы успеть. У Анфисы оказалась прободная язва, ещё немного, и её бы точно не спасли. Можно сказать, что она просто чудом избежала смерти. Хотя дело скорее в великодушии Оксаниного отца, тот настолько оказался человечным, что многим поучиться бы у него. Казбек чувствовал огромную потребность извиниться перед ним. – Спасибо большое, дядя Вася. Я вам по гроб жизни обязан, если бы не вы, даже не знаю, что было бы с мамой, – удручённо произнёс он, подходя к автомобилю соседа уже после того, как мать увезли на каталке из приёмного покоя в хирургию прямо на операционный стол, – вы уж простите меня дурака, пожалуйста. – За что это? И потом, я не сделал ничего такого, – удивился Завьялов.