– Когда мы разводились, твоя мать ни словом не обмолвилась, что беременна, так что с во... — 7 сентября 2026 г. в 06:05:01.243
– Когда мы разводились, твоя мать ни словом не обмолвилась, что беременна, так что с вопросом отцовства не ко мне, – строго произнёс Барсуков. – Решила содрать куш? Так вот, ничего у тебя не выйдет. – Другого ответа я и не ждала, просто решила дать тебе шанс. Ты ещё вспомнишь обо мне, да только будет поздно, – она резко перешла на ты. Их разговор прервала Лина, с чего-то вдруг решившая, что её отношениям с Анатолием грозит опасность. Спускаясь по лестнице, она схватилась за сердце и спросила с ужасом в голосе: – Кто это, милый? Ты что, нашёл мне замену? – Да нет, дорогая, что ты? Зачем мне эта замарашка? – Не волнуйтесь, барышня, я не претендую на место подстилки, можете спать спокойно, – насмешливо отреагировала Делия. – Да как ты смеешь? Нос ещё не дорос так со старшими разговаривать, – оскорбилась Ангелина, которой, к слову, было примерно столько же лет, – Толик, прогони эту чертовку прочь. – Уже ухожу, можете меня не провожать, – с готовностью отозвалась так называемая дочь, после чего быстро пошла к выходу. Это было полгода назад, больше она о себе не напоминала. А что, если Римма и впрямь родила от него? У них ведь как раз был секс на прощание. Бывшая жена видимо всё ещё на что-то надеялась, раз пришла к нему в день официального развода, получив на руки свидетельство. Подумала, что сможет растопить лёд в сердце своего бессердечного мужа, а тот, не мудрствуя лукаво, от предложенного тела не отказался, но решения своего не поменял. Сделав дело, чмокнул в щёчку, после чего подтолкнул к выходу, мол, тебе пора. Неужто именно та близость повлекла за собой последствия? Если да, то Делия вполне могла быть от него. Выходит, зря он не поверил, надо было сделать тест ДНК. Было бы здорово обрести дочь, которая бы точно его выходила, если, конечно, пошла характером в свою добрую мать. Но вряд ли она теперь захочет с ним родниться, да и кому нужен больной отец, что ходит под себя и двух слов связать не может? Сглупил ты, Барсуков, надо было просчитать всё, прежде чем делать выводы. На рассвете тяжёлый пациент впал в спасительное забытье, в котором не было места боли физической, а вот душевной избежать не удалось. Он очутился в незнакомом месте. Это было небольшое тесное помещение, по всей видимости та самая комната в малосемейке, куда была вынуждена съехать беременная Римма. Она лежала ничком на узкой кровати, и горько плакала, сжимая в руке фото бывшего мужа. Анатолий был чрезвычайно напуган взрывом эмоций, исходящих от некогда любимой женщины. Чтобы убедиться в реальности происходящего, он тронул её за плечо и позвал тихонько: – Солнышко, я здесь, рядом с тобой. Всё хорошо, теперь мы будем вместе. Ответом явилась тишина. Мужчина зря надеялся на то, что ещё можно всё исправить, он говорил в пустоту, слова его никто не услышал. Выхода из комнаты не было, грешник попал сюда, чтобы наблюдать за жизнью той, кого с такой лёгкостью предал. Он видел, как у бывшей жены растёт живот, как она принесла в каморку маленькую девочку, с которой была вынуждена влачить нищенское существование. Римма мыла подъезды, собирала пустые бутылки и жестяные банки из под пива, чтобы сдать их и получить лишнюю копеечку. И ведь так ни разу не обратилась за помощью к отцу своей дочери. Наверное знала, что он посмеётся над ней и прогонит с позором. Делии было девять лет, когда матери не стало, Римма умерла от пневмонии, простудившись во время работы. Не мудрено, если в любую погоду возиться в холодной воде. Девочку забрали в детдом и Барсуков теперь подглядывал за её жизнью. Он находился в заточении своего разума, медленно сходя с ума. Через пару дней пациент умер, не приходя в сознание. Душа его нашла свой персональный ад. В это время Делия находилась на кладбище соседнего города у могилы матери. Возложив на надгробие букет белых роз, она присела на низенькую скамеечку, которую поставили, когда монтировали памятник. – Ну, вот и всё мамочка, мы ему за тебя отомстили.