1154
1154 Ничего не было В общем, как по маслу у Саныча вышло стрелки перевести с себя на упокойника. Но... пришла не вовремя Татьяна Иванна и всё испортила. Все его старания коту под хвост пустила. Зашла и давай с порога прям причитать: - А вот и я, Шунечка, милый мой! Купила бутылочку и закусочку. Сейчас мы с тобой, мой любимый дружочек, отметим.. тьфу ты! Помянем сейчас с тобой Ванечку.. Боты свои скинула в прихожей и зазодит в комнату свою, а там два ее стоят мужика: один-то бывший, ну а второй настоящий. Пока ещё. - Ой! - Писькаева говорит. - Здравствуй, Таня! - поздоровался с Татьяной Иванной Николай Трусов: - Что-то долго ты домой не возвращалась. Вот, решил сам за тобой заехать. Тем более дела у меня в городе были. Поедешь домой-то? Или тебе и тут хорошо? Татьяна Иванна вся засуетилась, замельтешила, забегала. Потом глаза как вытаращит и на Саныча давай орать: - А ты чего тут у меня в комнате делаешь, ААА???? Или к себе!! Дай нам с Колей одним побыть! «Ничего себе! - Сатин думает: - Во дела! Но так даже ещё и лучше!» Вещи Кочетковские схватил в охапку и с ними к себе в комнату быстрее побежал.. *** ... и состоялся у Писькаевой с Трусовым серьёзный разговор. Татьяна Иванна растерялась сильно и не знала, что говорить ей. Придумала сначала, что Саныч это квартирант Саныча Геннадий, а не он сам. Подумала, что так лучше будет. Но, оказалось, что Саныч проболтался уже и сообщил Николаю, что его Сан Саныч зовут. Тогда Татьяна Иванна расплакалась, так как поняла, что запуталась. И стала у сожителя просить прощения вот в таком формате: - Прости меня, Коленька, прости! Не нужен мне никто, а только ты. Прости меня, Коленька, слышишь, голубчик? Прости.. - А за что ты у меня прощения просишь, а, Тань? - поинтересовался Трусов. Тут Писькаева закусила удила нижнюю губу, поняв, что сама себя сдала, как в той самой пословице, где «на воре и шапка горит». Но было уже поздно. - Ты, Таня, не возвращайся ко мне. Не надо..- Николай Николаевич говорит: - Не смогу я с тобой дальше жить. Не смогу и не хочу. Не люблю я тебя..Раньше любил, давно. Когда по шестнадцать лет нам было, а сейчас нет. И тут с Писькаевой истерика произошло, как всегда в таких случаях бывает. И она давай причитать: - Ничего не было, Коленька, слышишь??? Ты ничего такого не подумай - мы всего лишь только на одной кровати вместе две ночи поспали, так как у Шунечки в комнате спальной мебели нет. Мы просто рядышком полежали, а больше ничего. Поцеловались только разок при встрече и всё.. Не было у нас ничего! *** А Трусов не верит сожительнице. Такой упертый человек. Упёрся и всё тут. Хотя, вот почему бы и не поверить? Трудно что ли?! А он нет и всё тут. Сказки, говорит, мне не рассказывай! Тут Татьяна Иванна придумала у Саныча помощи просить. Бросилась к нему комнату, а там заперто. Саныч не то, что дверь закрыл на замок, а даже еще и комод к ней придвинул, чтоб его оттуда не достать было. Писькаева давай стучаться к нему в дверь и кричать: - Шунечка, ну хоть ты ему скажи!!! Саныч испугался и притворился мёртвым. И молчит. А что, с другой стороны он сказать путного может Николаю? Ничего. А тут ещё во входную дверь кто-то как на зло стучать начал и звонить. Татьяна Иванна решила, что это соседи снизу или сверху. Или с боку. Трусов вышел из комнаты и говорит ей: - Ну ты дверь-то открой! А если тебе некогда, то я могу. Кто там к тебе ещё пришёл? Гена? Или Шуня? Или Вася? Чья там сейчас очередь? ***