Вы только посмотрите, какое чарующее зрелище! Живые, подвижные и почти прозрачные цепоч...
Вы только посмотрите, какое чарующее зрелище! Живые, подвижные и почти прозрачные цепочки колышутся в толще океанических вод, словно волшебные гирлянды. Но кто же они такие и зачем водят хоровод? Можно подумать, что перед нами медузы, но это не так – более того, перед нами даже не беспозвоночные, а вполне себе хордовые животины, зовущиеся сальпами. Вообще, класс сальп включает великое множество разных видов, отличающихся как особенностями жизненных циклов, так и внешним видом, но конкретно этот вид – Thetys vagina – уникален почти полной прозрачностью. Единственное тёмное пятно на теле животного, так называемый нуклеус – это комок внутренних органов, использующихся для фильтрации и переваривания морского планктона. Уверена, что по поводу видового наименования у многих появились вопросы. На самом деле тут всё довольно просто. Именем таким наградил сальпу немецкий натуралист Вильгельм Тилезиус в 1802 году. Родовое имя Thetys дано животине в честь древнегреческой богини Тефиды, матери речных богов и океанид, которая в античной поэзии олицетворяла собой море, а видовой эпитет vagina использован натуралистом в своём первоначальном, классическом значении – «ножны», «футляр» или «оболочка». У взрослого организма никакого внутреннего скелета не наблюдается, и кажется, что нет никаких причин относить сальп к животным хордовым, однако, как и у прочих представителей подтипа оболочников, к которым сальпы и относятся, хорда на короткое время возникает на ранних этапах развития Но что же за хоровод мы разглядывали на видео? А это цепочка клонов, или бластозоидов, которые образовались всего из одной особи путём почкования. Особь эта, называемая оозооидом, по природе своей беспола и размножаться может только таким образом. В одной получившейся цепочке могут быть сотни генетически идентичных сальп, а длина такой колонии может достигать нескольких метров. И вот эти сальпы-детки уже почковаться не станут. Они появляются на свет способными к половому размножению, причём есть в этом процессе один очень занятный момент. Клоны начинают свою жизнь как женские особи, а по мере взросления формируют репродуктивную систему мужского типа и становятся самцами. Однако до этого момента они успевают побыть сальпами-мамами. Семенная жидкость, выпущенная в воду более зрелыми мужскими колониями, проникает в их тела и оплодотворяет яйцеклетку, содержащуюся в их теле с самого рождения. Внутри каждого бластозоида развивается один эмбрион, который питается через плацентоподобную связь с родительским организмом. И вот именно в этот момент, пока будущая сальпа всё ещё сидит в мамкином беспозвоночном тельце, у неё имеется хорда. Хорда эта ей абсолютно не нужна, так что у Thetys vagina она, по сути является рудиментом, оставшимся на память о тех временах, когда у их предков была хордовая стадия свободноплавающей личинки, какая и сейчас имеется у большинства оболочников. Ну да бог с ней, с хордой. Что дальше-то? Дальше отъевшийся как следует эмбрион выходит в воду в виде молодого одиночного оозооида, а каждый опустевший бластозооид меняет пол – у него развиваются семенники. Колония становится мужской, вырабатывает семенную жидкость и выбрасывает её в воду для оплодотворения новых, более молодых женских цепочек. Ну а родившийся из эмбриона оозооид вырастает, начинает отпочковывать цепочки клонов, и цикл замыкается. Причудливо!