Читаем с интересом | Истории

Пожилая женщина год не платила мне за то, что я ухаживал за ней. А когда она умела, я получил письмо от нее, и потерял дар речи. Меня зовут Андрей, мне 21 год, я студент третьего курса. Чтобы оплачивать учёбу и сводить концы с концами, подрабатываю где придётся — частные уроки, кафе, разовые заказы. Однажды наткнулся на объявление в интернете: искали уборщика для пожилой женщины по имени Мария. Жила одна в старом доме на тихой улочке недалеко от центра. Когда пришёл в первый раз — меня поразила её хрупкость. Совершенно седые волосы, дрожащие руки, трость. Квартира маленькая, словно застывшая во времени: сломанный радиоприёмник, выцветшие фотографии, скрипучая кровать. Мария рассказала, что страдает артритом и высоким давлением. Мы договорились — раз в неделю, уборка, посуда, пыль. Она пооб…

После аварии я лежала в коме. Когда врачи дозвонились моим родителям, те лишь холодно ответили: «Это не наша дочь, мы ей ничего не должны», — и просто ушли. Но спустя неделю они вернулись, надеясь предъявить права на наследство. Однако в палате они нашли лишь записку, от которой их лица побледнели. Я росла в новосибирском городке, и со стороны наша семья казалась идеальной: отец, мать, две дочери, праздники, поездки, красивые фотографии. Но очень рано я поняла, что в этом доме есть свои, а есть я. Сестре прощали всё, её капризы называли характером, а мне с детства доставалась роль удобной девочки. Однажды она разбила вазу, мама вбежала на шум и резко спросила: «Что произошло?» Я, как всегда, ответила: «Это я». Позже я случайно услышала, как мать говорила по телефону: «Полина всегда старает…

После инсульта Виктор Сергеевич почти полностью перестал двигаться. Он не говорил, не мог поднять руку, не мог сам повернуться в кровати. Врачи честно сказали семье: шанс восстановиться есть, но путь будет долгим. Очень долгим. Из всего тела у него по-настоящему слушались только глаза. И ещё едва заметно шевелился указательный палец левой руки. За отцом остался большой дом, фирма, счета и всё, что он зарабатывал десятилетиями. Сначала его сын Артём выглядел почти идеальным наследником и заботливым человеком одновременно. Он сам следил за лекарствами, возил отца на процедуры, поправлял плед на коляске, подносил воду и при посторонних неизменно говорил: — Не переживай, пап. Я рядом. Я тебя не брошу. Со стороны всё выглядело так, будто сын действительно держит на себе весь дом. Но очень быстр…

5 лет я ухаживала за лежачим отчимом, а он подарил квартиру сиделке. Когда перед уходом я нашла в его документах расписку, то все поняла, ведь эта сиделка… — Я переписал квартиру на сиделку, — заявил отчим. Папка с документами выпала из моих рук. — Ты переписал нашу двушку на Зинаиду? — Это моя квартира. Кому хочу, тому и дарю. Пять лет я ухаживала за Виктором Петровичем после инсульта: делала уколы, покупала лекарства и медицинское оборудование. Потратила почти полмиллиона рублей. Из-за постоянного ухода от меня ушёл муж Игорь. — Я растил тебя с семи лет, — напомнил отчим. — Ты просто возвращала долг. — Поэтому решил оставить меня без жилья? В этот момент пришла Зинаида, которой я платила сорок тысяч в месяц. — Я ни о чём его не просила, — спокойно сказала она. — Виктор сам вызвал нотариу…

Мой бывший муж сказал мне, что наша новорожденная дочь — «моя ответственность и моя проблема». То, что сделала его собственная мать после этого, совершенно ошеломило его. За шесть недель до рождения дочери мой муж, Эрик, собрал два чемодана, опустошил наш общий сберегательный счет и ушел к другой женщине. Он сказал, что чувствует себя в ловушке. Он сказал, что заслуживает шанса на счастье. А когда я спросила, как мне выжить после окончания декретного отпуска, он едва взглянул на меня. «Ты что-нибудь придумаешь», — сказал он. «Это ты так сильно хотела этого ребенка». Затем он ушел. Стресс чуть не сломил меня. На 34-й неделе беременности мое кровяное давление внезапно опасно подскочило. Через несколько часов меня срочно доставили в больницу на экстренное кесарево сечение. Моя дочь, Хлоя, род…

Маленькая Таня вошла в свою спальню, вытащила из потаенного места в шкафу банку из-под варенья, открутила крышку и высыпала на кровать монетки, которые ей удалось скопить за долгое время. Она тщательно пересчитала их раз, потом другой и затем третий. Сумма была та же. Ошибки быть не могло. Аккуратно положив монеты обратно, она накрепко закрутила банку и, незаметно выбежав из дома, побежала в центральную аптеку их небольшого городка, что была в шести кварталах от дома. Пробежав по мокрому снегу, Таня, разрумянившись, вошла в помещение, наполненное запахом лекарств, подошла к прилавку и увидела аптекаря, который стоял в стороне и беседовал с каким-то мужчиной. Она терпеливо ждала, когда он обратит на неё внимание, но безуспешно, аптекарь был очень увлечён своей беседой с другим посетителем. …