Москва сегодня

На шашлыках, днях рождения, домашних посиделках друзья мужа снова и снова говорили одно и то же: — О, масло пришло. — Масло, передай хлеб. — Ну что, масло, как жизнь? Все улыбались так спокойно, будто в этом нет ничего обидного. Муж тоже усмехался вместе со всеми. А я терпела, потому что не понимала, что именно стоит за этим словом. Думала: может, какая-то давняя история, о которой неудобно спрашивать. Но годы шли, а прозвище не исчезало. Его повторяли слишком уверенно, слишком привычно. И со временем меня стало ранить даже не само слово, а то, что все вокруг знали его смысл, кроме меня. Если я спрашивала, мне отвечали одинаково: — Да ладно тебе. — Не обижайся. — Это по-доброму. И я улыбалась, чтобы не выглядеть женщиной, которая портит всем настроение. Хотя внутри мне давно уже было не см…

Брат не позвал меня на юбилей, а когда повар сорвал банкет, вся родня вспомнила мой номер К полудню субботы я уже поняла, что дома лучше не оставаться. Телефон звонил третий раз за двадцать минут, и каждый родственник начинал разговор одинаково осторожно: сначала спрашивал, чем я занята, потом — далеко ли мне ехать до загородной базы. Я отвечала коротко и не торопилась собираться. Удивляло другое: ещё утром никому не было дела до того, где я проведу этот день. Потому что на пятидесятилетие моего брата Сергея меня не пригласили. Когда помощь стала обязанностью Я работаю поваром больше двадцати лет. Сейчас заведую кухней в столовой при крупном предприятии, и после смены меньше всего хочется превращать выходной в ещё одну смену, только бесплатную. Раньше я сама помогала родне. У мамы юби…

Миша появился на свет под утро — маленький, красный, возмущённый. Когда его положили ей на грудь, Лена впервые за долгие недели заплакала. Не из-за Антона. Из-за того, что рядом билось крошечное сердце, которому было всё равно, кто кого разлюбил. Антон приехал через два дня. Принёс букет подвядших роз и пакет подгузников. — Красивый, — сказал он, глядя на сына. — На меня похож. Лена промолчала. Миша был похож на всех новорождённых сразу. Антон сделал несколько фотографий, отправил их родственникам и уехал. Позже соседка показала Лене его запись в интернете: «Сегодня я стал отцом. Самый счастливый день». Он не написал, что в самый счастливый день жил уже с другой женщиной. Лето выдалось тяжёлым. Миша плохо спал, у матери разболелись суставы, а отец повредил ногу на сенокосе. Антон переводил…

Мне было 27. Съёмная квартира, копеечная зарплата, вечные подработки и полное непонимание, как жить дальше. А в тот день брат привёз ко мне трёх шестимесячных девочек, поставил у двери автолюльки, сумку с вещами и оставил записку: «Прости, Коля. Я не могу с этим жить». Их мама умерла одиннадцать дней назад. А сам брат просто исчез. Я до сих пор помню тот вечер до мелочей. Стоял на кухне, смотрел на эту записку и не понимал, что делать дальше. Хотелось только сесть на пол и закрыть лицо руками. Но в этот момент одна из девочек — Алина — вдруг вцепилась мне в палец своей крошечной ладошкой. И всё. В ту секунду я понял, что никуда их не отдам. Так в моей жизни появились три девочки, которых я сначала называл племянницами, потом — своими, а ещё через несколько лет вообще перестал делить это ка…

Врач скорой приехал на городскую свалку, где его уже ждали полицейские и рабочие. Но когда он увидел, что именно охраняет огромная раненая собака, то понял: этот вызов он не забудет никогда. Такого адреса в листе вызовов я не видел за все годы работы на скорой помощи: «Городская свалка, южный сектор. Срочно. Там встретят». Старший врач смены молча посмотрел на меня и сказал: — Извини, что отправляю тебя туда. Но… этот вызов не для женщин. Сам поймёшь. Я приехал на окраину Екатеринбурга вместе с водителем Лёшей. Среди гор мусора нас ждали рабочие, водитель мусоровоза и сотрудники полиции. Все молча смотрели в одну сторону, и только один из мужчин поднял руку, показывая на старую кучу отходов. Там лежала огромная грязная собака. Я сделал шаг вперёд и услышал рычание, но уже через секунду пон…

«Я встретила в лесу йети», — рассказала 72-летняя грибница. Но самое страшное началось после того, как он показал ей своё жилище. Меня зовут Зинаида Борисовна Корнеева, мне семьдесят два года. Я пенсионерка и известная в нашей области грибница. Лес знаю лучше собственного дома: различаю голоса птиц, шорох белок и запах влажной земли. В то августовское утро я отправилась за грибами. К полудню корзина наполнилась белыми, подосиновиками и лисичками, но домой я не пошла. Мне захотелось проверить дальний участок, куда другие грибники почти не заходили. К четырём часам я поняла, что забрела слишком далеко. Солнце уже садилось, а после небольшой поляны, где я нашла особенно много белых грибов, вокруг остались только четыре незнакомые тропы. Я села на пень и стала слушать лес. По ветру можно понят…