Сказка для взрослых на ночь 18+.
Сказка для взрослых на ночь 18+. 10 февраля. Этот день останется в моей памяти навсегда. Поток от захлопнувшейся двери как пощёчина обожгла моё лицо. Он ушёл к другой. Ушёл навсегда.. Там его любовь и она ждала от него ребенка. Я нежно поцеловала своего рыжего пушистого кота. Это он — мой ребёнок. Единственный, который меня не предал и любит по-настоящему. Я посмотрела в окно. Темнело. На душе было гадко 10 февраля — это день домового. На блюдечко налила молока, собрала конфетки. Всё это разложила на полу своей спальни. Кот не отрывал от меня глаз и следил за моими действиями. Луна уже заглянула в окно. Пора спать. Слёзы навернулись сами собой. Я обняла кота, а он пристально посмотрел на меня и подумал: «Хозяйка, ты чего? Не плачь. Я же с тобой. Я никуда не уйду. Этот, с позволения сказать, мужчина — дурак. А ты у меня самая красивая, самая добрая. И вообще, у нас с тобой есть дела поважнее, чем слёзы. Сегодня день рождения домового. Ты всё сделала правильно. Только вот беда: домовой-то у нас старый, ворчливый. Ему молоко — это как мёд. Он сейчас придёт. Ты главное не пугайся». И тут из-за печки послышалось кряхтение. Потом шорох. Потом тихий, скрипучий голос: — Ну что, молоко налила? Конфеты разложила? Чего ревёшь? Опять, поди, из-за мужика какого-нибудь убиваешься? Эх, бабы, бабы… Из тени вышел маленький, лохматый старичок. В шапке, в рубахе, подпоясанной верёвкой. Посмотрел на блюдце. Потом на кота. Потом на хозяйку. Я открыла глаза и вздрогнула от того, что по мне топтался старичок и бормотал: — Ну что, хозяйка. Говори. Чего хочешь? Только не «ничего». Знаю я вас. Ты хочешь, чтобы он вернулся. Или чтобы тебе стало легче. Или чтобы всё было как раньше. Говори. Я сегодня добрый. И кот у тебя хороший. Не продаст. — Ты это серьёзно говоришь? — я присела на кровать. Домовой спрыгнул на краешек кровати. Крякнул. Поскрёб затылок под шапкой. Посмотрел на меня внимательно, как умеют смотреть только старики — будто насквозь. — Серьёзно, серьёзно. Я тут не просто так сижу. Я домовой. Мой дом — твой дом. А значит, и боль твоя — моя забота. — Он вздохнул. — И кот твой, рыжий, тоже не дурак. Он мне всё утро рассказывал, как ты плакала. Кот, услышав, что о нём говорят, поднял голову и мурлыкнул. Утвердительно. Мол, да, было дело. — Так что не отпирайся. — Домовой погрозил мне пальцем. — Говори. Чего хочешь? Только не «ничего». Я это слышал уже. Знаю, что не «ничего». Он подвинул к себе блюдце с молоком, отхлебнул. Потом взял конфетку, развернул, сунул за щёку. И уставился на меня, как будто ждал. Терпеливо. Как умеют только старые домовые и рыжие коты. Сказать, что я была в шоке, — это ничего не сказать. Я мысленно перебирала желания одно за другим. Но точно знала одно: этого предателя вернуть не хочу.