Я вырос в поселке Строитель. Там, за нашими домами, гремя гитарами, жил тяжелый гранж и...
Я вырос в поселке Строитель. Там, за нашими домами, гремя гитарами, жил тяжелый гранж и бессмертная Nirvana. А стоило перейти через дамбу — и ритм резко менялся: там уже читали рэп, стучали по батареям и гоняли мяч на стритболе. Тогда это казалось естественным: целые районы делились по музыкальным лагерям. Но забавно, что критерии были совершенно разными. У "наших", гранж-панков, главным был вайб и гитара, внешний вид был делом десятым (мама говорила — «не модно», а мы говорили — «пофиг»). А у ребят за дамбой все было четко: стильная одежда, брейк и новый бит. Но, как и в любом районе, были «белые вороны». Я — один из них. Пока у всех на кассетах затерта до дыр Nirvana, у меня в плеере гремели STDK, «Мальчишник», и, конечно, культовый Dr. Alban с Кулио. Это был мой личный андерграунд. Мы слушали разное, но жили одним двором. Так и выросло наше поколение — на миксе из тяжелого гитарного драйва и первых битов 90-х.