А отчего бы не вспомнить нам о казанском периоде жизни Льва Толстого
А отчего бы не вспомнить нам о казанском периоде жизни Льва Толстого 13-летним подростком после смерти родителей приезжает он в Казань и начинает готовиться к поступлению в Казанский университет, где учились его старшие братья. Весной 1844 года Лев Толстой получил на вступительных экзаменах в Императорский Казанский университет две единицы — по истории и географии. Из-за полученных единиц (оценка «2» считалась удовлетворительной) экзамены были провалены. В августе того же года юноша написал прошение о переэкзаменовке, которое было удовлетворено, и 3 октября 1844 года Толстой был зачислен студентом Казанского университета, выбрав разряд восточной словесности философского факультета. Интересно, что Толстой поступил на несуществующее отделение! Тетушка, глядя на красавца племянника, мечтала видеть его как минимум послом в Турции и употребила все свое влияние в свете, чтобы специально для Лёвушки в университете отделение восточных языков, где он стал единственным студентом. Левушка не возражал против такого выбора. Его предок Петр Андреевич Толстой служил у Петра I, был известным дипломатом и, будучи послом в Турции, весьма искусно отстаивал интересы России. Способности Толстого к изучению турецкого и татарского поразили знаменитого ученого востоковеда профессора Казем-Бека. Эти знания пригодились Толстому позже, во время службы на Кавказе, где татарский был языком межнационального общения. Однако первый курс арабско-турецкого разряда Толстой так и не закончил. Профессор русской истории Николай Иванов не допустил его до весенних экзаменов по своему предмету «за полной неспособностью к истории». Чтобы не оставаться на второй год, Толстой перевёлся на юридический факультет университета. Но тут всё так закружилось! Балы, новые знакомства, сценический успех! И 12 апреля 1847 года подал прошение об исключении из числа студентов. Покидая университет, Толстой нанёс прощальный визит Лобачевскому. Великий математик сказал тогда: «Было бы печально, если бы ваши выдающиеся способности не нашли применения». «В чём он тогда мог видеть мои способности, уж не знаю», – вспоминал Толстой. Однако время, проведенное в университете зря не прошло: именно в Казани Толстой «научился получать радость от самостоятельного умственного труда». Юноша читал всё, что продавалось тогда в книжных лавках начал вести «Дневник» и составлял «Правила жизни»…. Все это изменило мировоззрение будущего писателя. Впоследствии Лев Николаевич неоднократно посещал Казань. Однажды, желая показать сыновьям город своей юности, он даже опоздал на пароход. Супруга Толстого Софья Андреевна обратилась к капитану, который лично знал писателя по Крымской кампании и развернул судно обратно. Казанские впечатления отразились и в творчестве Толстого. Вспомним пожар Москвы в «Войне и мире». Где писатель мог воочию видеть пожар, чтобы так ярко его описать? Да в Казани, в 1842 году! Тогда выгорел практически весь центр города, а зарево было видно на много верст вокруг. Не забывала Толстого и Казань! Когда писателя отлучили от Церкви, казанские мусульмане написали ему письмо в поддержку. Вопреки мнению консервативной части казанского общества, Льва Николаевича избрали Почётным членом Императорского университета. Его портрет висел в Актовом зале. Когда пришло известие о смерти Толстого, студенты организовали делегацию и отправились в Ясную Поляну, чтобы отдать последнюю дань великому писателю.