Ровно 115 лет назад, 13 июля 1910 года, Казань встречала великую княгиню Елизавету Фёдо...
Ровно 115 лет назад, 13 июля 1910 года, Казань встречала великую княгиню Елизавету Фёдоровну. С пароходной пристани она сразу направилась в Казанско‑Богородицкий женский монастырь — к началу литургии. Её встречали с почтением: игуменья Варвара, монахини, настоятель собора протоиерей Александр Зеленецкий с крестом и святой водой. Но за внешней торжественностью скрывалось глубокое личное переживание. В покоях игуменьи Елизавета Фёдоровна рассматривала рукодельные работы сестёр, а потом с горечью перебирала немногие уцелевшие драгоценности, связанные с чудотворной Казанской иконой Божией Матери. Они были найдены у похитителей в 1904 году — и сильно испорчены. Особенно тронуло великую княгиню место явления иконы — в подвальном этаже собора. Она долго молилась там и сокрушалась, что столь святое место пребывает в запустении. Именно тогда и родилась идея устроить здесь часовню — в память о 300‑летии дома Романовых. Игуменья Варвара предложила Елизавете Фёдоровне стать попечительницей строительства, и та с радостью согласилась. Дальше день был наполнен встречами и дарами: в Благовещенском соборе её приветствовал архиепископ Никанор, в Архиерейском доме ей преподнесли копию портрета преподобного Серафима Саровского, а владыка подарил для библиотеки Марфо‑Мариинской общины все свои труды. Завершился визит посещением Спасо‑Преображенского монастыря — и отъездом в Москву через Нижний Новгород. Но история на этом не закончилась. Елизавета Фёдоровна не просто дала согласие — она по-настоящему участвовала в деле. Проект часовни создал архитектор Алексей Щусев, модель храма великая княгиня отправила в Казань в феврале 1911 года. 21 июля 1911 года проект утвердили, 30 июля совершили чин основания храма‑часовни во имя Рождества Пресвятой Богородицы, а уже на следующий день началось строительство. К весне 1913 года работы в основном завершили. Освящение назначили на субботу пасхальной недели — 20 апреля. Часовня стала не просто памятником эпохи, но и свидетельством чуткого, деятельного милосердия Елизаветы Фёдоровны. В убранстве часовни — её личные пожертвования: серебряная лампада с жемчугом и драгоценными камнями, эскизы росписей, внимание к каждой детали.