О разбойнике Лобачевском, первой любви и неевклидовой геометрии
О разбойнике Лобачевском, первой любви и неевклидовой геометрии Что это у нас все сказки про войны да про пожары? А расскажу-ка я вам другую сказку – про великого математика Лобачевского, первую любовь и неевклидову геометрию. В давние-давние времена, когда Казанский университет ещё только открылся повелением императора Александра Благословенного, когда на берегах озера Кабан паслись стада коров и коз, а о трамваях ещё даже и не мечтали – в те времена жил в гимназическом общежитии и учился на втором курсе университета студент Николай Лобачевский. Был он из семьи небогатой, но по тем временам образованной. Отец его был архитектором, но, к сожалению, рано умер, и мать осталась одна с тремя сыновьями. Всех вырастила, выучила в гимназии и определила в университет. Николай Лобачевский был высокий, сутуловатый, с огромным лбом (у него и прозвище было «Лоб») и невероятно лохматый – настоящий математик. Студентом он был самым лучшим, но насмешником и проказником невыносимым. Один из учителей сказал ему: – Послушай, Лобачевский, из тебя со временем выйдет разбойник! Однажды (как на беду – прямо под окнами ректорской квартиры) на маленьких ребятишек бросилась бодливая корова. Лобачевский, сам не успев понять, каким образом, вскочил на эту корову и усмирил её. Ребятишки разбежались, а ректор, застав окончание этой сцены, отчитал Николая и наказал: …лишением звания камерного студента и 60 рублей стипендии! Для бедного студента это было немалой потерей. В то время Лобачевский ухаживал за помещичьей дочерью Варварой Моисеевой, и даже рассказал ей на прогулке о постулатах геометрии Евклида. Но родители девушки, почитавшие себя аристократами, узнав о «низком» происхождении молодого человека и его опале у ректора, запретили им встречаться. Варвара со вздохом сказала Николаю: – Похоже, наши пути, как те несчастные параллельные, никогда не пересекутся. Эти слова натолкнули Николая Лобачевского на мысль, он забросил свои проказы и взялся всерьёз за геометрию. И оказалось, что параллельные не пересекаются только на ровной плоскости, а на изогнутой поверхности – например, на сфере или во впадине – очень даже пересекаются. И открыв это, Николай снова пришёл к Варваре: – Вот видишь, параллельные пересеклись! Выходи за меня замуж! К тому времени Лобачевский был уже ректором Казанского университета, одним из учредителей Казанского экономического общества, и родители невесты, рассмотрев доказательство (правда, они забыли перевернуть его вверх головой), переглянулись между собой и благословили молодых: – Хоть и говорят, что горе от ума, но пусть у вас счастье с умом будет, – сказал отец. – Слушайся мужа, Варвара! Вон он какой у тебя… талантливый, – добавила мать. – Буду слушаться, маменька. Мы будем счастливы, папенька. В приготовлениях к свадьбе, Лобачевский не забывал о служебных обязанностях (а ему пришлось временно исполнять и обязанности попечителя Казанского учебного округа), и к нему подошёл с просьбой о назначении пенсии тот самый учитель, который предрекал ему будущее разбойника. Лобачевский удовлетворил его просьбу и улыбнулся: – А, помните, вы думали, что из меня выйдет разбойник? – А разве то, что вы сделали с геометрией Евклида – это не настоящий разбой? – улыбнулся учитель, гордясь своим учеником.