Тема 18+
Тема 18+ Потеря девственности для мужчин-горожан (разночинцев, дворян и студентов) в XIX веке становилась настоящим квестом. Если в сельской местности барчуки могли потерять её с крепостными девками, а после отмены крепостного права утолить чувства с солдатками или молоденькими вдовами, то в городе всё было сложнее. Сделать это в своём кругу было сложно: дочери дворян и купцов до замужества свято блюли девственность и расставаться с ней соглашались только после венчания. Замужние женщины и вдовы вели себя свободнее, но тем не менее тоже были озабочены в первую очередь вопросами нравственности. "Что скажут люди и какова я буду перед Богом?" — вот основные вопросы, которые препятствовали женщинам пуститься во все тяжкие. Круг знакомств у горожан был довольно узким, а значит, шансов потерять девственность было меньше. Поэтому для потери девственности и удовлетворения потребностей мужчинам оставались лишь публичные дома, которые были легализованы в Российской империи в 1843 году. В соответствии с правилами 1844 года нижний возраст проституток был установлен в 16 лет, однако фактически "на панели" оказывались женщины от 15 до 25 лет. Публичные дома обычно устраивались по тому же принципу, что и сейчас, — в частных многокомнатных квартирах. Правда, делалось это на окраинах, подальше от приличной публики. Часто жрицы любви снимали квартиры в складчину — у каждой была своя комната или отгороженный угол. Работа "на панели", то есть на улице, считалась самым низким заработком. Работали и большие публичные дома, однако большая часть "девушек" предпочитала работать "на дому". Цены были "приемлемыми" — половой акт "по-быстрому" стоил 50 копеек, то есть примерно 500 рублей в нынешних ценах. Если клиенту требовалась особая обстановка или экзотическая проститутка, то "за сеанс" можно было отдать и 5 рублей, и больше, то есть примерно 5–10 тыс. рублей. Девушки были разными — были среди проституток и крестьянки, которые приезжали в город на заработки и часто втягивались в проституцию, привыкая к праздной жизни и выпивке. Процветала проституция не только в столицах, но и в Казани. В 1880 году врач Прошин провёл исследование среди местных жриц любви и опросил 28 крестьянок, 11 мещанок и 17 татарок. На вопрос, что их заставило заниматься проституцией, большинство из них ответили, что нужда, и лишь несколько девушек, среди которых были и татарки, ответили, что пошли своей охотой, а одна заявила, что не хотела быть второй женой. Были среди проституток и мещанки. Например, в Казани в списках "жриц любви" числились сёстры Анна и Агнея Васильевы, "мещанские дочери" Федосья и Фёкла Скорняковы, крестьянские дочери Анна и Офимия Дорофеевы и даже "девицы из духовного звания" Вера и Елена Полиновские. Заработки девушек, не растерявших красоту, не спившихся и не больных сифилисом, были довольно высокими. Служивший тапёром в публичных домах Поволжья и Урала некий пианист Шней дер Тагилец свидетельствовал, что на ярмарках по 6–10 девиц из публичных домов зарабатывали за три месяца до 23 тыс. рублей. Частенько публичные дома были замаскированы под другие заведения, например, под театральные или танцевальные представления, носившие довольно пошлый характер. В Казани в трактире купца Шпакштейна на Мокрой улице "пели" 10 "арфисток". Девицы жили наверху в одной комнате. А супруги Гольбдаум содержали каждый своё заведение: муж — трактир, а жена — публичный дом из шести девиц-хористок. Девушки в таких заведениях действительно развлекали клиентов песнями и игрой на музыкальных инструментах, но зарабатывали они другим способом. Немудрено, что в Российской империи к началу 20 века случилась настоящая эпидемия сифилиса, справиться с которой смогли только врачи СССР.