В моей голове последним ханом Казани был хан Ядыгар-Мухаммед (Джан-Мухаммед) — казански...
В моей голове последним ханом Казани был хан Ядыгар-Мухаммед (Джан-Мухаммед) — казанский хан в марте — октябре 1552 года. После присоединения к Москве крещен под именем Симеон Касаевич и ещё 13 лет прожил в Звенигороде. А тут в Татарской энциклопедии читаю: Последний хан Казани, брат Сююмбике - Али-Акрам. И да, Худяков в "Очерках по истории казанского ханства" тоже его вспоминал. Расскажу, как всё было Ветер с Волги доносил горьковатый запах гари — следы недавних сражений ещё не стёрлись с земли Казанского ханства. В Чалыме, временной столице, в скромном шатре сидел молодой мужчина. Его глаза, тёмные и глубокие, словно отражали тяжесть ноши, что легла на его плечи. Это был Али‑Акрам — последний хан Казани. Он не правил в самой Казани. Город, некогда гордый и величественный, теперь находился под властью русских. Но дух сопротивления жил — и именно его предстояло возглавить Али‑Акраму. Брат Сююмбике, дочери ногайского бия Юсуфа, он прибыл сюда из далёкого Сарайчика с тремя сотнями ногайцев. Доспехи русского воеводы Салтыкова, снятые с казнённого пленника, стали символом борьбы — их поднесли в дар новому хану как знак того, что сопротивление живо. Мамыш‑Берды, опытный воин и лидер восстания, стоял рядом. — Мы восстановили ханскую власть, — произнёс он хрипло. — Но этого мало. Нужно больше людей, больше оружия. Али‑Акрам кивнул. Он знал: его отец, бий Юсуф, готовил войско для похода против русских. Астраханское ханство обещало помощь — суда для переправы через Волгу и отряд в пятьсот воинов. Но судьба распорядилась иначе: Исмаил, брат Юсуфа, встал на сторону Москвы и сорвал эти планы. 1553 год. Волга. Оккупационные отряды под началом Адашева рыскали по берегам. Перехватывали караваны, убивали путников, захватывали пленных. Страх расползался по землям ханства, но не сломил народ. Осенью русское правительство двинуло против казанцев целую армию. Воеводы Микулинский и Шереметев шли жёстко: деревни сжигались, поля вытаптывались, люди бежали в леса. Но Али‑Акрам и Мамыш‑Берды не сдавались. Они уходили в глухие места, собирали новых бойцов, наносили удары исподтишка. 1554 год. Черемисы восстают. К борьбе присоединились новые силы. Князь Мстиславский, посланный Москвой, пытался задавить мятеж железной рукой. Его отряды жгли поселения, уничтожали запасы, но сопротивление лишь крепло. Война затягивалась, превращаясь в изматывающую игру в прятки с врагом. 1556 год. Последний бой. Чалым, крепость, которую считали неприступной, пал. Новый русский командир Морозов нашёл слабое место в обороне. Штурм был быстрым. Али‑Акрам стоял на стене, когда первые враги вломились внутрь. Он поднял саблю, но понимал: это конец. Вокруг него падали товарищи, крики смешивались с лязгом стали. Он не успел увидеть, как рухнула последняя надежда ханства. Удар сзади оборвал его жизнь. …Ветер с Волги всё так же доносил запах гари. Чалым дымился, а над ним, как символ новой эпохи, реяли русские стяги. Но в памяти народа Али‑Акрам остался не как проигравший, а как последний хан Казанского ханства.