Когда на душе плохо, когда мир кажется несправедливым, я почему-то вспоминаю свое южное... — 22 мая 2026 г. в 16:14:26.001
Когда на душе плохо, когда мир кажется несправедливым, я почему-то вспоминаю свое южное казахстанское детство у бабушки. Это набор воспоминаний, который кажется разрозненным, но он связан одним местом, временем и прожитым чувствами. Как гусиным крылышком подметали полу печки. Таким же крылышкомс поменьше, смазывали маслом сковородки. Запах известки, которой белили стены дома. И снаружи, и внутри. Снаружи в нее добавляли голубую или сиреневую краску. Пастила, разложенная сушиться не крыше навеса. Урюк, яблоки и чернослив, которые сушились на отдельных деревянных настилах тут же. Гора подсолнухов, сваленная на брезент во дворе. Ботожок, которым выбивали семечки из этих солнечных голов. Ботожок весь был гладкий и блестящий от многолетней работы. Как отполированный. Розовый декабрист у бабушки на окне. Огромный, разлапистый, усыпанный цветами. Каменный холод дедушкиного гаража с разными сокровищами, которые щекотали детскую фантазию. Огромные сочные апорты, за которыми охотилась детвора всех окрестных дворов. И которых я бесжалостно гоняла на правах хозяйки. Ранка подмышкой от заборного железного штыря, когда я пыталась сбежать от прабабки, с которой меня оставили дома. Пес Дружок — низенький, криволапый, избитый еще щенком и прибившийся к нам. Но самый добрый и преданный на свете. Запах гудрона от шпал, брошенных у двора, на которых мы с Дружком сидели и щелкали семечки прямо из подсолнуха. Огромный паук, над крыльцом, внушавший мне ужас. Цыплята за загородкой на веранде, которых я учила пить и есть, изображая пальцем курицу. Южная гроза ночью, с молнией и громом, за которой я наблюдала из окна, лежа в коовати. А на ветру бесновался серебристый тополь, поворачивая то зелёную, то серебристую сторону листьев. Казалось, что он сам порождает молнии. Курица в курятнике, которая по утрам кричала «Бабка»! И бабушка шла открывать курятник после ночи. Белый налив, такой прозрачный, что видно косточки внутри. Бульденеж, с которым я бегу на торжественную линейку в школу. И каждый цветочный шар размером с мою голову. Горная река, бурная, ледяная и такая манящая в жаркий день. Запах душистых трав после дождя. Фигура медведя на двери дедовского гаража, выстроганая из цельной толстой доски. Вода из колонки у дома, от которой ломило зубы. Бабушкин травяной чай из термоса. Маска из яйца на волосы, потому что бабушка сказала «чтобы росли». Дедушкины огромные натруженные руки. И его курчавая казачая голова и двухметровый рост. Камушки под ногами, когда ты босиком бежишь по дороге. И скачешь козой, чтобы было не так больно. И пионы. Любимые до сих пор. Их запах кружит голову и не хочется отходить от кустов. По стеблям бегают муравьи и им не нравится соседство с девочкой, хоть и маленькой. И ощущение невероятного счастья и полноты жизни. Везде. Во всем. Навсегда.