— Хоть бы дождик...
— Хоть бы дождик... И только мы, деревенская ребятня, ждали его совсем по другой причине. Не из-за огородов. Не из-за картошки. А из-за нашей огромной лужи. Она появлялась только после сильного ливня. Прямо посреди улицы. Такая большая, что взрослые ругались: — Опять ни пройти ни проехать. А для нас это был настоящий курорт. В тот день дождь лил почти до самого вечера. Капли гремели по железным крышам, по бочкам, по листьям лопухов. Из трубы нашей бани ручьём текла вода. Как только выглянуло солнце, мама крикнула вслед: — Только далеко не убегайте! Но мы её уже не слышали. На улице собралась вся наша компания. Колька выскочил босиком прямо в трусах. Сестрёнка Лидка прибежала с одной розовой сандалией в руке — вторую потеряла ещё по дороге. Петька притащил бумажный кораблик, который развалился через две минуты, зато сколько было разговоров, будто настоящий пароход утонул. Мы носились по луже, поднимая такие брызги, что вода долетала до заборов. Прыгали кто дальше. Спорили, у кого след на грязи больше. Лепили из мокрой глины какие-то крепости. И были абсолютно счастливы. Потом на крыльце появился дед Семён. Покачал головой. — Эх вы... Сейчас родители вам покажут. Мы испуганно притихли. А дед вдруг снял сапоги. Подвернул штаны. Медленно вошёл в лужу.... И каак прыгнул, что окатил водой сразу всех. Мы сначала онемели. А потом так расхохотались, что попадали прямо в грязь. В этот момент на улицу начали выходить мамы. Стояли, уперев руки в бока. Делали строгие лица. — Домой! Но почему-то никто не торопился нас ругать. Наверное, потому что дед Семён был мокрый с головы до ног. И смеялся громче всех. Дома меня, конечно, всё равно ждало ведро тёплой воды у крыльца. Мама долго отмывала мои ноги от чёрной деревенской грязи. Ворчала: — Ну посмотри на себя... Поросёнок настоящий. А потом незаметно улыбнулась. И поставила на стол кружку горячего молока и ещё тёплые пирожки с картошкой. Вечером я лежал под тяжёлым ватным одеялом. За окном снова стрекотали кузнечики. Из соседнего двора пахло дымом — кто-то топил баню. Ноги приятно гудели от беготни. И мне казалось, что лучше этого дня уже ничего не будет. Прошло много лет. Теперь после дождя взрослые стараются обойти каждую лужу. А дети чаще смотрят не под ноги, а в экран телефона. И иногда мне очень хочется хотя бы на пять минут снова стать тем мальчишкой, который считал огромную деревенскую лужу самым счастливым местом на земле. Потому что тогда для счастья действительно было нужно совсем немного.