«Это действительно произошло с реальным человеком, и этим реальным человеком был — я.
«Это действительно произошло с реальным человеком, и этим реальным человеком был — я. Дело было в апреле 1976 года в Кембридже. Я пришёл на железнодорожную станцию, до прихода поезда ещё оставалось время, поэтому я пошёл купить себе газету, чашку кофе и пачку печенья. Потом я сел за столик. Я хочу, чтобы вы нарисовали себе сцену происходящего. Столик, газета, чашка кофе, пачка печенья. Напротив меня сидит человек, совершенно обыкновенный человек, в деловом костюме, с портфелем. Непохоже, что он собирается сделать что-то из ряда вон выходящее. Но вдруг он подаётся вперёд, берёт пачку печенья, распечатывает её, вытаскивает одно печенье и съедает его. Это, должен сказать, одна из тех ситуаций, с которыми британцы справляются очень плохо. Ничто в нашем прошлом, воспитании или образовании не научило нас тому, как поступать с человеком, ворующим у тебя средь бела дня печенье. Каждый знает, что произошло бы, случись это где-нибудь в южном районе Лос-Анджелеса: моментально началась бы стрельба, прилетели бы вертолёты, репортёры CNN и всё такое прочее... Но я сделал то, что сделал бы любой истинный англичанин: я проигнорировал случившееся. Я уставился в газету, отхлебнул кофе, попробовал решать кроссворд, не смог и думал: "что же мне делать дальше?" В конце концов я решил: «ничего, я должен просто смириться с этим». Я изо всех сил попытался не заметить того факта, что пачка оказалась уже открытой и взял себе печенье. Я думал, это приведёт его в чувство. Но не тут-то было - почти сразу же он сделал это снова. Он взял ещё одно печенье!!! Поскольку я ничего не сказал в первый раз, поднимать этот вопрос теперь было бы ещё сложнее… "Прошу прощенья, но я не мог не заметить..." Нет, такие вещи так не делаются… Так мы прикончили всю пачку. "Вся пачка" - это всего-то печененок восемь, но казалось, эта мука длилась целую вечность. Он брал одно печенье, я брал другое, он - одно, я - другое. Наконец, когда последнее печенье было съедено, он встал и ушел. Конечно, перед тем как уйти, мы с ним, обменялись многозначительными взглядами, а потом я облегчённо вздохнул и откинулся на спинку стула. Мой поезд должен был вот-вот подойти, я залпом допил кофе, встал, взял газету, а под газетой... лежало моё печенье. Что мне особенно нравится в этой истории - это осознание того, что уже четверть века где-то по Англии ходит человек с точно такой же историей. Только в его истории нет этого роскошного заключительного аккорда». Дуглас Адамс