#жиза
#жиза Я вдруг вспомнила, что мы уже с вами столько знакомы, а я вам так и рассказала, как я замуж вышла. Итак, "Они студентами были, они друг другу любили..." Нет, эти строчки Эдуарда Асадова не про нас с дражайшим. Студентами-то мы были, но друг друга не любили. По крайней мере, не более, чем других. Грубо говоря, приятельствовали, общались, но не более. И вот как-то замучил меня насморк, прицепился, зараза, прижился и уходить не собирается. Уж я его и так, и эдак, со словами и без слов. Неа. Одноразовых салфеток в те незапамятные времена еще не изобрели, платок становился мокрым где-то через пару минут (простите за интимные подробности), поэтому в институт я ходила с майкой. Вернее, с двумя. Одна – на мне, одна – в сумке. Майку, ту, что в сумке, я использовала по прямому назначению. Пар много, носовых платков не напасешься. Сумка у меня тоже была специфическая: типа сумки-почтальон, на длинном ремне и с липучкой по низу, а низ у нее был ого-го, прям как у меня. В общем, когда я открывала сумку, оборачивалась вся аудитория, даже преподаватель замолкал, а уж когда я доставала майку… можете себе представить. О том, что у меня насморк, знали все, включая будущего мужа. Увидев мои мучения, он решил дать мне совет. А так как у него постоянно были проблемы с носом, то я ему сразу доверилась: такой хороший парень, как не довериться. Интернетов тогда не было, даже телефоны еще не изобрели. В общем, посоветовал он мне намазать мой многострадальный нос на ночь финалгоном. «Утром будешь, как новенькая». Финалгон - это такая дрянь с перцем, которой при ревматизме поясницу мажут. Разогревающая мазь, другими словами. Откуда мне было знать? На радостях, что скоро все мои мучения, вместе с мучениями окружающих, останутся позади, приобрела я по дороге домой эту самую мазь. «Заставь дурака богу молиться, он и лоб расшибет», - это про меня. «Чем больше, тем лучше», - рассудила я и щедро намазала нос финалгоном. Что-то пошло не так. Жечь начало с такой силой, что я не могла открыть глаза, течь дал не только нос, но и глаза. Я кабанчиком метнулась в ванную. Куда там, вода не помогала от слова совсем. Мне кажется, печь начинало еще сильнее. Надо ли говорить, что ночь я провела без сна. Утром, не выспавшаяся, злая, с насморком, красным шнобелем и свежей майкой я отправилась в институт. Мой метавший искры взор выискивал в толпе виновника моих несчастий. - Ага, - он, как ни в чем не бывало, шутил и остроумил и даже не подозревал, что на него несутся 180 см и 80 кг (а я ведь искренне считала себя толстой, эх, где мои 80 кг 😥) ярости. - Ты что?! – задохнулась я от переполнявшего меня негодования. – Смерти моей захотел?! – То ли он, правда, не понимал, о чем речь, то ли удачно прикидывался. В живых я его оставила, но, как порядочный человек, он просто обязан был на мне жениться. И женился-таки, правда, спустя, десять лет, но главное ведь результат!