#великиелюди
#великиелюди У легендарного писателя Льва Толстого складывались довольно непростые отношения с едой. Поесть он очень любил. При этом часто переедал, за что себя корил и в последствии наказывал странными диетами. Его супруга Софья Толстая неоднократно жаловалась, что муж полдня голодал, а вечером ел лишь маринованные грибы, да вяленые фрукты. Впрочем, все же существовали и такие блюда, от которых Толстой не отказывался ни при каких обстоятельствах. Одно из них — знаменитый Анковский пирог. Лев Толстой однажды написал: «Что сильней, чем смерть и рок, – Сладкий анковский пирог». «Для отца Анковский пирог служил эмблемой особого мировоззрения, которое трудно формулировать одним словом. Анковский пирог, — это и домовитость, и семейная традиционность, и — говоря современным языком — буржуазный уклад жизни, и вера в необходимость материального благополучия, и непреклонное убеждение в незыблемости современного строя» (Сергей Толстой «Юмор в разговорах Л. Н. Толстого») Сначала "Анковский пирог" был просто парадным блюдом по особым случаям. Как вспоминал сын Толстого Илья, «какие же именины без сдобного кренделя, посыпанного миндалём, к утреннему чаю и без анковского пирога к вечеру?» Подавать анковский пирог по большим праздникам придумала Софья Андреевна, жена Толстого. Так было в её детстве, так стало и в её замужней жизни. Рецепт пирога достался ей от родителей, а им – от близкого друга Николая Анке, декана медфакультета московского университета. По его фамилии за пирогом закрепился эпитет «анковский». «У моего деда по матери Андрея Евстафьевича Берса был приятель профессор и врач доктор Анке. Анке научил кухарку Берсов Степаниду Трифоновну, жившую у них много лет, готовить особый, очень вкусный, сладкий миндальный пирог. Этот пирог в честь его изобретателя назывался Анковским пирогом. Трифоновна научила делать этот пирог нашего старого повара Николая Михайловича Румянцева, но Николай Михайлович по наследству передал этот рецепт своему сыну Семёну, который после смерти своего отца унаследовал должность повара в нашем доме. Так Анковский пирог перешёл от Берсов к Толстым». (Сергей Толстой (сын Льва Николаевича) «Юмор в разговорах Л.Н. Толстого») Десерт так вжился в яснополянскую картину мира, так органично вписался в её семейный пейзаж, что Толстой начал называть заботу о комфорте и все принятые в доме традиции «анковским пирогом» (или «апковским»; над н (или п) Толстой ставил специальный знак, что означало протяжное в нос произношение). Дети, обеды в саду, ночёвки друзей, концерты для своих, а ещё ёлка на Рождество, блины на Масленицу, кулич на Пасху – всё это, по выражению Льва Николаевича, «анковский пирог». Кажется, женившись на Софье Андреевне, Толстой исполнил давнее желание: воскресить в родовой усадьбе тихий и крепкий уклад жизни, который он застал ещё ребёнком. Всё вроде хорошо. Но Толстой не был бы Толстым, если бы не начал пересматривать идеалы. В пятьдесят он стал против всех: против семьи, государства, церкви. То, что раньше приносило ему счастье, обернулось тяжким грузом, от которого Толстой мечтал избавиться. Имя у груза было «анковский пирог». Теперь Толстой видел за ним не десерт, не домашние удобства жизни, а всё буржуазное довольство и всю дворянскую сытость, какие есть на земле. «У нас всё благополучно и очень тихо. <…> Но не уповай на эту тишину. Глухая борьба против Анковского пирога не только не прекращается, но растёт и слышны уж кое-где раскаты землетрясения, разрывающего пирог. Я только тем и живу, что Анковский пирог не вечен, а вечен разум человеческий» (Из письма Льва Толстого Татьяне Кузминской, 17 октября 1886 г.) Дальнейшие силы Толстой бросил на борьбу с «анковским пирогом». Он отказался от имущества и авторских прав, но, как известно, так и не победил «пирог» даже в рамках семьи. Англичанки, гувернёры, учителя, выезды в свет, домашние спектакли, концерты – всё, о чём мечтал молодой Толстой и что отрицал Толстой поздний, – всё в Ясной Поляне осталось на своих местах.