❄❄❄
❄❄❄ Если я закончу всю работу и если закончу удачно, я вернусь в Петербург осенью. В противном случае мне надо будет волей-неволей оставаться за границей. Мы живём как затворники, никаких развлечений; ничего, кроме тоски и скуки. Без работы и взаправду можно было бы сойти с ума от скуки. Счастье ещё, что становится теплее. К середине дня температура доходит до +10° по Реомюру. Но о том, как мы страдали от холода зимой, проживи я до 100 лет, не буду вспоминать без дрожи. Дорогой мой Степан Дмитриевич, проезжать страну в качестве путешественника — совсем другое дело, чем в ней жить. _ Федор Достоевский Из письма Степану Яновскому. Женева, 21–22 февраля 1868 года ❄❄❄❄ Здорова ли ты, моя милая голубочка? — Ах, этот мороз русской зимы! Каково-то ты переносишь его? — Думаю, и думаю, и думаю. Одна мысль, одна мысль — здорова ли ты? <…> Крепко целую и тысячи, и тысячи раз обнимаю и целую, целую тебя, моя милая красавица Лялечка. Будь здоровенькая, и я буду счастлив. Целую твои ножки. Твой Н. Ч. _ Николай Чернышевский Из письма Ольге Чернышевской. Вилюйск, 25 февраля 1878 года ❄❄❄ Какова погода в Москве, сказать не умею, ибо, как схимонах, сижу в четырех стенах и не показываю носа на улицу. _ Антон Чехов Из письма Николаю Лейкину. Москва, 26 февраля 1888 года ❄❄❄ Все мысли, какие приходят в голову, вялы, безцветны, безсодержательны, — мышление не доставляет, как прежде, удовольствия… Хорошая книга не радует, да и забыл я, какую книгу называл прежде хорошей. Раньше, когда находили на меня такие настроения, я их утилизировал, извлекал из них наслаждение, — я носился с ними, гордился, миндальничал, а теперь — просто бессилие и больше ничего. Вот даже дневника не могу вести. <…> Взял Некрасова. Хромые, неуклюжие стихи, какой черт стихи, — газетные фельетоны! Идти на улицу, лужи, холодно, не к кому, рожа расцарапана… <…> На небе вызвездило, ветер большой. Это хорошо. Иначе — туман и гниль. А ведь ей-Богу мой дневник похож на дневник лавочника. Какие-то метеорологические заметки, внешняя мелочь… Ну так что ж? Природой я всегда интересовался (не с эстетической точки зренья, а скорее с утилитарной), а мелочи мне теперь на руку. Довольно я с „крупным“ поинститутничал. _ Корней Чуковский Из дневника. 27 февраля 1901 года ❄❄❄ Ездили далеко; хотя было всего 3 [градуса], но такой ветер, что я отморозил себе всё, что было возможно. Гулять не ходили, играл. Не писал. Вечером наши пошли на заседание, вернулись с гостями, которые продолжали начатые разговоры, непонятно шутили и намекали. Было как-то странно, луна такая же. _ Михаил Кузмин Из дневника. 24 февраля 1909 года ❄❄❄ Погода испортилась. Сегодня морозец. Хожу в остатках подмёток. Валенки пришли в негодность. Живем впроголодь. Кругом должен. _ Михаил Булгаков Из дневника. 15 февраля 1922 года ❄❄❄ Или снег, или дождь, или разбушуйся ветер, чтобы ломало деревья, а то серенькое небо, тёпленький ветерок, подкисающий снег — тьфу! Просто тьфу такая погода. _ Михаил Пришвин Из дневника. 14 февраля 1926 года ❄❄❄ Надинька, радость моя, сейчас послал тебе телеграмму — очень бестолковую, но ты ведь всё понимаешь. Не уезжай, голубка, из Ялты. Может, я к тебе приеду. Ты не знаешь — забыла — как холодно на свете и как сыро! У тебя здесь уголочек оранжерейный. По всей России и на Украине — то мороз, то грязь и оттепель. От такого перехода, Надик, никому не поздоровится… Даже я первое время прохворал. Давай дождёмся — ну — хоть апрельского тепла, чтоб каблучками по сухим тротуарам? Да, Надик? _ Осип Мандельштам Из письма Надежде Мандельштам. 22 февраля 1926 года ❄❄❄ Вчера в 6 [часов] утра я приехал в Лиман с рабочим поездом из Славянска (18 км). Было холодно, ночь я не спал (в Славянск из Москвы поезд пришел в 3 ч[аса] ночи), и я простудился. В ж. д. посёлке мне дали комнату, я лег в кровать и пролежал два дня. Сейчас мне лучше. <…>