ЧАЙКА
ЧАЙКА Глава 12. Посёлок Озерный встретил ребят глухой стеной соснового бора и пронзительной тишиной, от которой после городского шума закладывало уши. Старый недостроенный дом деда Матвея стоял на самом краю, у песчаного обрыва. Это был крепкий сруб с неотделанным вторым этажом и глубоким сухим подвалом. Вокруг него буйно разросся малинник, а старый покосившийся забор едва угадывался в высокой траве. Пятничный вечер прошёл идеально. Они разожгли костёр прямо во дворе, пекли картошку в золе и много смеялись. Артём, как старший, распределил обязанности: Матвей отвечал за дрова, Алина — за нехитрый ужин, а Полина принесла из дома старенькие покрывала на плечи. Телефоны они демонстративно выключили и сложили в рюкзак Артёма ещё на автобусной станции в городе. Это были сутки абсолютного счастья. Они дышали свободой и чувствовали себя хозяевами своей жизни. Катастрофа пришла в субботу после полудня. Погода испортилась мгновенно. Небо, ещё утром бывшее пронзительно-синим, затянуло низкими, тяжёлыми, почти чёрными тучами. Ветер налетел безжалостный, с корнем вырывая сухие деревца и поднимая тучи песка. Начался ураган — тот самый, о котором МЧС предупреждало в СМС-рассылках, оставшихся в выключенных городских телефонах. — Быстро в дом! — скомандовал Артём, перекрикивая свист ветра. Ребята едва успели захлопнуть тяжёлую дубовую дверь, как на крышу обрушился ледяной ливень. Старые стропила недостроенного второго этажа жалобно заскрипели. Ветер с силой бился в незастеклённые проёмы окон наверху, и в доме стало темно и холодно. — Всё нормально, переждём, — Матвей попытался улыбнуться, но его голос прозвучал натянуто. — Сруб крепкий, дед на совесть строил. В этот момент снаружи раздался страшный, оглушительный треск. Вековая сосна, росшая прямо у забора, не выдержала напора шквального ветра. Огромное дерево с грохотом рухнуло прямо на крышу дедовского дома. Удар был такой силы, что задрожали стены. Тяжёлые потолочные балки второго этажа не выдержали нагрузки и с треском посыпались вниз, увлекая за собой тонны старых досок, кирпичей от недостроенной трубы и обломков шифера. Внутреннее перекрытие дома рухнуло в одну секунду, поднимая густое облако пыли и извести. Когда грохот затих, в темноте раздался истошный крик Полины: — Артём! Матвей! Алина! Где вы?! — Я здесь, я нормально! — отозвалась из угла Алина, кашляя от пыли. Её спасло то, что она стояла у самого дверного косяка под капитальной стеной. Матвей, которого завалило лёгкими досками, быстро выбрался, отплевываясь от известковой крошки. Он включил карманный фонарик. Луч света выхватил жуткую картину: половина комнаты была завалена тяжёлыми брёвнами и кирпичами. Под этими обломками, зажатый массивной потолочной балкой, лежал Артём. — Артём! — Полина бросилась к брату, падая на колени. Артём был в сознании, но его лицо было белым как полотно, а на лбу выступил холодный пот. Балка намертво придавила его левую ногу и левое плечо. При любой попытке вздохнуть он хрипел от невыносимой боли. — Не двигайся, Артëм, не надо! — Матвей подскочил к нему, осматривая завал. Его хладнокровность вернулась в секунду. — Балку руками не поднять, она тонну весит. Если дёрнем — остальной завал пойдёт вниз и его раздавит полностью. — Нам… нам нужна помощь, — задыхаясь, прошептал Артём. — Нога… я её не чувствую. Ребята, телефоны… в моём рюкзаке. Он… под завалом. Матвей лихорадочно начал раскидывать мелкие обломки в том месте, где стояли их вещи, но его сердце сжалось: рюкзак Артёма лежал прямо под рухнувшей кирпичной кладкой дымохода. Когда Матвей откопал его, это была просто лепёшка из ткани и раздавленного пластика. Все четыре телефона были превращены в крошево. — Связи нет, — Матвей обернулся к девчонкам. Его голос впервые задрожал. — Телефоны всмятку. Сеть здесь и так еле ловила, а сейчас ураган, провода, небось, во всём посёлке оборвало.