Антонина
Антонина Часть 8 Когда Тарас и Тоня познакомились ей было 13, а ему 24. В 14 Тоня родила, через два года они расписались. Ещё через два года Тоня родила сыночка Сережу. Но это же не сказка, это же история про жизнь... Тоня кое-как закончила школу и больше не училась. Готовить научилась и пелëнки стирать... Тарас работал, а она на "хозяйстве". Вера давно закончила интернат и даже выучилась на маляра. Она изредка, два раза в год появлялась у Тони. Пройдя свою школу жизни Вера поняла, что не хочет жить как все в квартире, копить на холодильник и телевизор. Не хочет ходить на работу с 8.00 и до вечера. Ей нравилось жить на улице, без обязательств и привязанностей. Без детей и кастрюль. Когда она приезжала к Тоне она привозила с собой пакеты с какими-то потрепанными игрушками для племянников и портвейном для себя и Тони. Она мылась, пару дней жила, а потом снова пропадала в неизвестном направлении на непонятное количество дней... Поначалу Тоня отказывалась выпивать с Верой, но после рождения Серëжы, вдруг заскучала в своём быте и стала соглашаться составить компанию. Спустя ещё немного времени, Тоня уже не ждала приездов Верочки и находила "компанию по интересам" всё чаще. Тарас не смотря на своё прошлое к выпивке был не просто равнодушен, а даже категорически против! Тарасу повезло он нашёл хорошую работу, устроился водителем к большому начальнику. Он стал прилично зарабатывать, ему нужно было хорошо одеваться, быть всегда трезвым и на связи. Ему очень не нравилось пристрастие Тони, он ругался с ней на этот счёт, но у неё было два железобетонных аргумента - их дети и её квартира! Тарас терпел. Он помнил, что появился в жизни Тони,когда ей было всего 13!, помнил, как сам был молод и глуп. Теперь он чувствовал ответственность. За детей, за эту жизнь, которую они, по сути, украли у неё. Он забирал зарплату в конверте и почти всё оставлял на столе, зная, что часть утечёт в соседский ларек. Но он надеялся, что Тоня одумается и вспомнит про Машу и Серёжу. Вера появлялась всё реже. Её мир — помойки, вокзалы, подворотни — и мир Тони с выгоревшими обоями и вечно кипящей кастрюлей — окончательно разошлись. Тоня уже не радовалась её приездам, а раздражалась: Вера с её вольной философией теперь лишь подсвечивала тупик, в котором Тоня оказалась. Они пили молча, и портвейн теперь казался Тоне не достаточно крепким. Иногда, глядя на спящих детей, её накрывало такое острое чувство вины, что хотелось выть. Но утром нужно было завтрак готовить, в садик собирать, и единственным спасением от этой карусели снова становилась зелёная бутылка. Однажды Тарас вернулся с работы раньше. В квартире пахло перегаром и несвежим борщом. Тоня спала на кухне, положив голову на стол. А в комнате, на полу, маленький Сережа тихо плакал, обняв потрёпанного зайца, привезённого когда-то Верой. Машка, сидя рядом, пыталась его укачивать, как куклу. В тот миг что-то в Тарасе переломилось. Не просто злость, а леденящая, абсолютная ярость. Он молча взял детей, отвёл к соседке, а вернувшись, разбудил Тоню. Говорил он сначала без крика, медленно и чётко, будто гвозди вбивал: «Если ещё раз увижу такое — сильно пожалеешь!». Но Тоня только пьяно рассмеялась. И тогда Тарас ударил её, сильно, наотмашь, как равного противника. Брызнула кровь - разбил губу. Испугались оба, но оба не показали вида. После Тоня какое-то время прятала бутылки, старалась быть образцовой мамой и женой. Держалась месяц, потом два. Жизнь вошла в какое-то шаткое, нервное равновесие. Тарас даже позволил себе надеяться. Но всё это была лишь тишина перед бурей. Потому что привычка — это паук, который плетёт свою паутину в темноте, по углам. И однажды, когда Тарас уехал в трёхдневную командировку с начальником, паутина оказалась готова. Тоня сорвалась снова, и на этот раз — так, что соседке пришлось вызывать «скорую». Детей она к себе забрала, а Тарасу на работу оставила сообщение: «Срочно возвращайся». #пробапера@elenadefektolo