ЧАЙКА
ЧАЙКА Глава 13. В городском отделении полиции пахло дешёвым кофе и мокрыми зонтами. Михаил Самойлов беспрестанно мерил шагами узкий кабинет, его лицо осунулось, а руки мелко дрожали. Он уже много часов не знал, где его дочь. Каждая минута тишины казалась ему вечностью. Дверь кабинета следователя распахнулась, и туда вбежали Ольга и Сергей Вороновы. Ольга была без своей безупречной укладки, с размазанной тушью под глазами, а Сергей, обычно высокомерный вице-президент банка, суетливо хватал ртом воздух. — Где мой сын? Где Полина?! — с порога закричала Ольга. — Нам сказали, что их телефоны в последний раз ловили сеть в одном квадрате с какой-то Самойловой Алиной! Михаил резко остановился, в его глазах вспыхнул опасный огонёк: — Алина — моя дочь. И она тоже пропала! Из глубины кабинета поднялась Ирина. Она сидела там уже несколько часов, сжавшись в комок на краешке стула, бледная, с опухшими от слёз глазами. В руках она крепко сжимала потрёпанный школьный дневник Матвея. — Мой Матвей… — тихо, срываясь на хрип, произнесла она. — Он тоже с ними. Они все дружили после лагеря. Мой мальчик ушёл вчера утром… — Дружбу водили? С кем?! — Сергей Воронов брезгливо смерил Ирину взглядом. — С вашим сыном? Да моя дочь учится в элитной гимназии, а ваш… где он вообще шляется?! Из-за каких-то неблагополучных подростков наши дети попали в беду! Мой Артём — гордость университета! Он бы никогда сам не сбежал! — Прекратите! — неожиданно громко крикнул Михаил, шагнув между Сергеем и Ириной. Архитектор, всегда боявшийся конфликтов, сейчас смотрел на банкира с яростью. — Прекратите орать про свои деньги и статусы! Вы что, не понимаете? Они сбежали от нас! Все вместе! От вашей витрины, от её нищеты и от моего удушающего контроля! Они дышать без нас не могли, вот и ушли! В коридоре повисла тяжёлая, звенящая тишина. Слова Михаила ударили каждого родителя под дых. Ольга растерянно закрыла рот ладонью, а Сергей медленно опустил кулаки. Нарыв общего семейного кризиса вскрылся прямо здесь, на глазах у дежурного полицейского. В этот момент в кабинет стремительно зашёл дежурный офицер. — Внимание всем. Поступил сигнал от МЧС. Полчаса назад на заправку у трассы «Озёрный» вышли две несовершеннолетние девочки. Обе без связи, грязные, в шоковом состоянии. Назвались Самойловой и Вороновой. По их словам, в посёлке ураганом разрушило недостроенный дом. Там завалены двое мальчиков. Старший тяжело ранен. МЧС и скорая уже выехали, но из-за поваленных деревьев техника продвигается медленно. — Озёрный… — Ирина схватилась за голову. — Это дача моего отца. Я знаю туда дорогу! Там старая просека, через неё можно проехать на внедорожнике в обход общего завала на шоссе! Сергей Воронов мгновенно повернулся к ней. В его взгляде больше не было ни капли прежнего презрения — только первобытный, дикий страх за жизнь своих детей. — У меня мощный джип, — хрипло сказал он. — Садитесь в машину. Покажете дорогу. Живее! Через пять минут огромный министерский внедорожник Вороновых уже летел по мокрой трассе, наперерез уходящему урагану. Сергей мёртвой хваткой вцепился в руль, уводя машину в занос на скользких поворотах. Ирина сидела на переднем сиденье, напряжённо вглядываясь в темноту и указывая дорогу по одной ей знакомым ориентирам. На заднем сиденье Михаил и Ольга сидели плечом к плечу. Богатая, ухоженная женщина и одинокий, измотанный архитектор. Ольга тихо плакала, уткнувшись в ладони. — Я ведь просто хотела, чтобы они были успешными, — тихо, словно в бреду, шептала она. — Чтобы у них было всё, чего не было у нас с Серёжей в молодости. Почему они молчали? — Потому что мы не умеем слушать, — глухо отозвался Михаил, глядя на проносящиеся мимо чёрные силуэты сосен. — Я запер Алину в клетку из своих страхов после смерти жены. Думал, если буду контролировать каждый её вздох, то защищу её от мира. А в итоге едва не задушил собственными руками. Мы строили для них правильные жизни, но забыли спросить, хотят ли они в них жить.