Во Владивостоке дождь, а в лагере Юнга - отличная погода.
Во Владивостоке дождь, а в лагере Юнга - отличная погода. Немножко пасмурно - лагерь грустит о последнем дне работы самой необычной своей смены. Сегодня на линейке награждали грамотами. Обнимались. Веселились. Вообще, атмосфера тут удивительная. Представьте - больше сотни мужиков после СВО. А никаких конфликтов не было да эти дни. Я вам больше скажу - и пьяных не было! А ведь непростые все парни. После фронта, с тяжёлыми ранениями, с ПТСР - это данность. И тем не менее... Великое дело - атмосфера. - Хорошо, что тут не только мужики, но и девчата, - сказал мне в разговоре Александр Морозов, учитель из Светлогорья, про которого я когда-то писала. Про его тяжелейшее ранение, месяц в коме, и почти год неподвижности. - Вам этот лагерь был нужен? Только честно ? - Конечно. Во-первых, огромное спасибо психологам. Их мастер-классы мне многое дали. Во-вторых, очень здорово было пообщаться. Узнать, у кого как жизнь после СВО складывается. А некоторые ребята тут вопросы свои решали. Тут же серьезные люди приезжали... О высоком уровне компетенций скажу отдельно. Тут приехала делегация из Еврейской АО, так ее члены были в хорошем шоке, когда узнали, кто лично занимается работой лагеря. - Как так, министр культуры Елена Бронникова живёт вместе со всеми четыре дня? У нас такого представить себе нельзя... ❗️Продолжу список. Директор театра молодежи - Игорь Селезнев, вожатый первого отряда. Директор Приморской филармонии- вожатая пятого отряда. Отрядом психологов руководит главный врач поликлиники номер 3 Анжела Кабиева. В составе спецназа психологов заведующая городским центром психотерапии Лариса Дробот - уникальный специалист. Наверное, участники смены даже не подозревали, какого уровня спецов к ним привезли. Если бы понимали, наверное, ценили бы их занятия больше. Но лиха беда начала. Пока проект "Под крылом", который лично придумала Елена Бронникова, только отстраивается. Кстати, запустили проект в невероятно короткие сроки. Но и проблемы участников СВО и их семей требуют быстрого решения. Как заходить в семьи? Как общаться с родителями погибших? Как говорить с вдовами? Что нужно матерям, потерявшим единственных детей? Ни чиновники, ни психологи, ни журналисты не ответят на эти вопросы. Ответы нужно спрашивать именно у тех людей, которым и нужна помощь.