Как Пашкин отчим курить бросил
Как Пашкин отчим курить бросил Ранним утром, стоя перед зеркалом, Николай яростно боролся с пуговичками на новой рубашке. Он собирался в районную поликлинику на медкомиссию, обязательную для всех водителей автоколонны № 238. Николай был дальнобойщиком: больше всего на свете он любил запах солярки, песню группы «Високосный год» про огонёк моей души да курить папиросы. После драматического развода с битьем посуды и уходом его молодой жены к заведующему кафедрой, Николай уволился из научного института и устроился на автобазу шофером, где и вкалывал последние пять лет. Он и помыслить не мог, что через несколько часов его холостяцкая судьба закончится, и по привычке цитировал себе Библию: «Суета сует – всё суета!» До десяти годков Николашу воспитывал дедушка, деревенский священник, с тех пор цитаты из Писания выскакивали из него, как горошины из дырявого мешка, к месту и не к месту. - Хрипы, одышка, хронический бронхит, что же вы, Николай, на тот свет торопитесь? - с укоризной спросила терапевт районной поликлиники Антонина Ивановна Белошапкина, нежно прикладывая прохладную металлическую шайбочку стетоскопа к обнаженной груди дальнобойщика, за которой неистово стучало сердце. Да, Николай влюбился! Сразу же, как переступил порог медицинского кабинета и взглянул в темно-серые глаза терапевта. – Вам нужно бросать курить! – продолжала Антонина Ивановна. - Если не бросите, я вам в следующий раз заключение не подпишу, так и знайте! Вы про рак легких слышали? - «Можно перенести всякую рану, только не рану сердечную»! – заметил Николай пересохшими губами и залился краской. – Могу я пригласить вас на свидание? Доктор растерянно заморгала: - Но-о, у меня дети. Двое. Мальчик и… - тут у нее перехватило в горле. - …Мальчик? – закончил Николай, который умел цитировать не только Библию. - Да! То есть нет. Мальчик и девочка. Это… такая обуза… - Господи! – неистово воскликнул романтичный пациент. - Как вы можете так говорить о детях?! Вот так, не без помощи комедийного фильма «Служебный роман», они начали встречаться, а вскоре и поженились. Маленькая дочка Антонины почти сразу признала Николая, полюбив его за душевную доброту и подарки, которые он привозил из дальних рейсов. А вот старший Пашка долго ершился и устраивал Николаю испытания. Однажды подросток залез в кузов под тент, да и заснул там. Николай в ту пору приезжал на обед, поставил машину у дома, возле забора. А после обеда не заметил, что в кузове пассажир, и уехал вместе с живым грузом сначала по делам в соседний район, а потом в гараж. Антонина тогда чуть с ума не свихнулась, бегая по соседям и спрашивая, не видал ли кто Пашки. Заявились они посреди ночи, и Николай сразу взял вину на себя: «Ты Павлушу не ругай, Антонина! Это я его подговорил покататься, увез на речку, где пробил заднее левое колесо. Посыпаю теперь свою голову пеплом и искренне раскаиваюсь! А если б не Павел, я бы до сих пор на том берегу колеса менял!» Антонина, конечно, ни слову не поверила, только стала после этого сыну на мозги капать: «Человек к тебе со всей душой, а ты как свинья неблагодарная! Вот чё ты заладил: «Дядя Коля, дядя Коля!» Неужели трудно сделать ему приятное - называть папой?» - Всему свое время, - буркнул Пашка, который успел нахвататься от Николая библейской мудрости. – Время обнимать и время уклоняться от объятий! Пашка замечал, конечно, каким делается мамкино лицо, когда она смотрит на своего дальнобойщика. Такой счастливой он мать вообще никогда не помнил. Единственное, что омрачало женскую радость Антонины, было пристрастие Николая к папиросам. - Нельзя столько курить! – с тревогой повторяла она. – Риск злокачественных новообразований в полости рта, пищеводе, желудке, поджелудочной железе, печени, почках, мочевом пузыре, шейке матки, толстой кишке… - За шейку матки можешь не переживать! – отшучивался Николай.