Всем известно такое понятие, как наследственные болезни. Но почему они возникают не у в...
Всем известно такое понятие, как наследственные болезни. Но почему они возникают не у всех и, как правило, в определённый период жизни? Надо сказать, что ни у одного специалиста, который серьёзно работает с психосоматикой, не будет единственно верного ответа на этот вопрос. Всё, что мы знаем, — это лишь гипотезы, которую мы бесконечно проверяем в работе с каждым своим клиентом. Но есть тенденции. Лично я, например, давно заметила такое: если у человека есть чувство вины и боль от несправедливости в отношении какого‑то человека в системе рода, он нередко начинает болеть тем же заболеванием, что и этот человек. Чаще всего такое чувство вины возникает на фоне безвозвратной потери. То есть буквально: женщина/мужчина теряет отца или мать, а спустя время её накрывает болью — от того, что при жизни не дал(а) им достаточно заботы и любви, вовремя не смогла понять и услышать. И через два‑три года — здравствуй, дебют хронического семейного заболевания: того самого, от которого ушло старшее поколение. До этого, даже при не самой благополучной картине здоровья, такого заболевания не было. Здесь происходит то самое ритуальное «разделение судьбы» или так называемое «выбалтывание» (термин из телесно‑ориентированной психотерапии). Бессознательно у человека как будто бы возникает такой монолог, обращенный к ушедшему: - Я виноват перед тобой! - Я уже ничем не могу тебе помочь! - Но я могу взять на себя часть твоей боли (даже если это ничем не поможет). - Разделяя твою боль, я одновременно наказываю себя и помогаю себе пережить потерю — потерю тебя. … Когда ко мне приходят люди с жалобами на Казалось бы внезапное ухудшение здоровья, и появление наследственных заболеваний, я всегда задаю два вопроса: 1. Не потеряли ли вы в относительно недавнем прошлом кого‑то из старших близких? 2. Не было ли у этих людей того же заболевания, которым сейчас болеете вы? Как правило, ответ — «да». И тогда моё предложение — работать с чувством вины. Если клиент соглашается и глубоко идёт в эту работу, хронические заболевания постепенно уходят. Понятно, что это не является заменой медицинскому лечению: обычно мы работаем параллельно с врачами. Но положительный результат, тем не менее, очень заметен. Сейчас, когда наступил апрель, наверное, почти у каждого психолога увеличилось количество людей с симптоматикой аллергических бронхитов и прочих соматических заболеваний. Поэтому я и захотела написать этот пост. Елена Шубина