ХРАМ В ЧЕСТЬ КАЗАНСКОЙ ИКОНЫ БОЖИЕЙ МАТЕРИ С. ЕЛШАНКА
Без категории · 6 августа 2026 г.
Целых несколько мгновений она ясно видела злокозненную возню, затеянную в комнате, со с...
Целых несколько мгновений она ясно видела злокозненную возню, затеянную в комнате, со страхом наблюдала, как зловещие тени метались от стены к стене. Впрочем, нет, она видела их так же ясно, как себя и матушку… Когда встала, перекрестившись, с постели, картинка поблекла, она перестала видеть незваных «гостей», но всей душой, всей кожей чувствовала присутствие нечистой силы. Искала почти на ощупь, с трудом подавляя страх, доверяясь матушкиным молитвам. Четки нашла в самом неожиданном месте: у противоположной стены за новыми шкафами новомодной тогда мебельной стенки. И долго еще не могла забыть о зловещих пришельцах. Спустя годы в присутствии монахини Пантелеимоны случилось еще одно нападение бесовское на матушку Сепфору. Приехали они в Клыково (это было первое появление матушки в новом монастыре) 5 января – как раз под Рождество. Легли спать, и вдруг раздался громкий стук в окна. С каждой минутой он усиливался. Вскоре громыхало и звенело так, что, казалось, вот-вот стекла вылетят. Матушка позвала ее: «Пантюша, вставай. Молись, детка». Немало времени прошло с той памятной ночи, а до сих пор схимонахиня Анастасия с содроганием вспоминает: «Встали на молитву. Я стою, дрожу как осиновый лист. А матушка – само спокойствие. От одного ее крестного знамения (а налагала она его крепко, словно впечатывала) столько силы исходило! Помолилась, покрестилась, и все затихло. Как будто и не было ничего… Вон он, рогатый, стоит! - матушка Сепфора Трепетали, боялись ее бесы и при жизни, и после преставления… Помню, принесла я однажды в храм (это в Туле было) с могилки матушки Сепфоры освященное масло. В храме как раз всенощная шла. Ну, я и раздала всем маслице матушкино. А там у нас была женщина бесноватая, Валентина, ей не досталось. И я пообещала принести на следующий день. Ну, обещала – сделала. Вышли мы на водосвятный молебен святителю Николаю, стоим у часовенки. Тут подходит ко мне Валентина. Я протягиваю ей масло, но она вдруг меняется в лице и буквально вопит странным, нечеловеческим голосом: «Ты зачем это сюда привезла? Я боюсь ее! Не люблю! Отойди от меня!» Все на нас смотрят, не понимают в чем дело. Я сначала растерялась, а потом молиться стала: «Да воскреснет Бог, и расточатся врази Его…» Осенила ее крестом и маслом помазала. Она сразу сникла, покраснела: «Простите, матушка. Видите, что он делает во мне?» И взяла масло «Умягчи, Господи, сердце мое...»: Старица Сепфора (Шнякина) Холодилова Татьяна