Мать мого отца Анастасия Николаевна Смирнова (Родионова) происходит из села Сахтыш, где...
Мать мого отца Анастасия Николаевна Смирнова (Родионова) происходит из села Сахтыш, где поселился после Русско-Турецой войны 1877 года её дед подпоручик Родионов. За взятие Шипки и героический рейд по Плевне он был награжден орденом Святого Владимира IV степени мечами (статут ордена не содержал прямого требования принадлежать к дворянскому сословию для получения этой награды; орден вручался за гражданские или военные заслуги, его могли получить лица разного происхождения и ему выплатили вполне приличное денежное вознаграждение (так называемые «добавочные деньги»). На них он и купил большой терем в селе Сахтыш, в котором и умер от болезней и ранений в самом конце XIX столетия, оставив жену (крестьянку из Нельши) и двух сыновей. Впрочем, что касается последних - достоверно неизвестно. Сахтыш - не такое уж и большое село, а в русском селе - все тайны на виду, проговорены и, по выражению лесковского Левши, просмотрены в мелкоскоп». Согласно общему убеждению отцом Александра и Николая был не герой Шипки подпоручик, Родионов а потомок генерал-лейтенанта Николая Александровича Бутурлина помещик Александр Шафров. А коли так - открыты все родственные пути к Пушкиным, Бакуниным, Лермонтовым, Фету (Шеншиным) и многим, многим другим небожителям. С чего это вдруг простой сельский паренёк Коля Родионов окончил Московский политехнический институт (МВТУ), некоторое время преподавал в Санкт-Петербургском политехе, а потом занялся практической производственной деятельностью, получая весьма приличное жалование (как выражалась баба Настя: «горсть о двух ладонях золотых монет с горкою») При этом жена его Василиса была совершенно неграмотна и даже вместо подписи ставила крест. Поневоле вспоминается пассаж из «Мастера и Маргариты»: «- Ах, королева, - игриво трещал Коровьев, - вопросы крови - самые сложные вопросы в мире! И если бы расспросить некоторых прабабушек и в особенности тех из них, что пользовались репутацией смиренниц, удивительнейшие тайны открылись бы, уважаемая Маргарита Николаевна. Я ничуть не погрешу, если, говоря об этом, упомяну о причудливо тасуемой колоде карт. Есть вещи, в которых совершенно недействительны ни сословные перегородки, ни даже границы между государствами. Намекну: одна из французских королев, жившая в шестнадцатом веке, надо полагать, очень изумилась бы, если бы кто-нибудь сказал ей, что ее прелестную прапрапраправнучку я по прошествии многих лет буду вести под руку в Москве по бальным залам...» И эта «кровиночка» одновременно Чингисхана и Рюрика (при условии, если последний существовал на самом деле, а не выдуман был летописцами или фальсификаторами) вступила в РСДРП(б) пятнадцати лет отроду, а в 33 года стала главным механиком текстильного гиганта - Тейковского хлопчатобумажного комбината. Фото: Василиса и Николай Родионовы. Москва. До 1896 года.