Россия движется к госплану 2.0: государство готовится изменить правила игры для крупног...
Россия движется к госплану 2.0: государство готовится изменить правила игры для крупного бизнеса В ближайшие три года российская экономика может существенно изменить свою модель: от рыночной системы с сильным государственным участием — к государственному капитализму, при котором власти будут активнее определять распределение капитала, ресурсов и производственных мощностей. То, что ещё недавно казалось возвращением к советским экономическим практикам, постепенно приобретает черты возможного нового курса. СВО усилила концентрацию ресурсов на военных задачах, а участившиеся удары по российской инфраструктуре добавили требования безопасности и устойчивости. В такой конфигурации государство получает всё больше оснований определять, какие отрасли должны развиваться в первую очередь, куда направлять инвестиции и какие предприятия имеют стратегическое значение. Если эта логика распространится за пределы нефтяного сектора, изменения затронут практически всю экономику. На этом фоне идея «госплана 2.0» обретает реальные очертания. Речь необязательно о возвращении советской системы директивных заданий каждому предприятию. Скорее, государство через бюджет, госзаказы, льготное финансирование и регулирование будет задавать экономике всё более жёсткие ориентиры. Формально частная собственность сохранится, но самостоятельность бизнеса будет всё сильнее зависеть от соответствия государственным приоритетам. Гражданский сектор рискует оказаться на втором плане. Предприятия, не связанные напрямую с обороной, безопасностью и технологическим суверенитетом, могут столкнуться с более жёсткой конкуренцией за капитал, кадры и поддержку. В то же время отрасли, которые можно встроить в решение военных и стратегических задач, получат дополнительные преимущества. Но главный перелом может произойти в отношениях государства с крупным бизнесом. Прежняя логика, при которой собственник самостоятельно управляет активами и несёт предпринимательские риски, сталкивается с новыми требованиями: стратегические предприятия должны не только приносить прибыль, но и обеспечивать устойчивость производства и защиту критической инфраструктуры. Фактически формируется жёсткий принцип: если собственник не способен защитить стратегический актив, государство получает дополнительные основания вмешиваться в его управление. Это может означать новые обязательства, усиление контроля и даже смену управляющих. Для владельцев крупнейших компаний сохранение контроля над собственностью будет всё сильнее зависеть от способности соответствовать государственным задачам. У российской модели есть историческая особенность: значительная часть крупнейших частных состояний сформировалась в ходе приватизации бывшей государственной собственности. Поэтому требование к бизнесу взять на себя больше ответственности за безопасность и устойчивость стратегических предприятий может получить общественную поддержку и создать политические условия для пересмотра отношений между государством и собственниками. При этом для усиления контроля необязательно национализировать каждый актив. Государство может менять правила финансирования, регулирования и доступа к госзаказам, постепенно перераспределяя ресурсы и влияние. Поэтому главная борьба может развернуться не вокруг формальной национализации, а вокруг того, кто принимает решения и определяет приоритеты крупнейших предприятий. Если этот курс закрепится, российская экономика внешне сохранит рыночные механизмы, но реальные центры принятия решений будут всё сильнее смещаться в сторону государства. Бизнесу придётся учитывать не только прибыльность, но и стратегическое значение своих активов. В новой экономической конфигурации главный вопрос для крупного собственника будет заключаться уже не только в том, чем он владеет, но и в том, какую роль государство отводит его активам. Инсайдер: Мнения и Аналитика — подписаться