Бой — это не только про пули
Бой — это не только про пули Наткнулся на статью Александра Караяни, профессора и одного из главных военных психологов страны, про боевой стресс. И зацепился за одну мысль в самом начале. Военный психолог Николай Головин писал об этом еще в 1907 году: бой вызывает «то страшное и совместное напряжение всех духовных сторон человека, в особенности его воли, которое показывает всю меру его мощи и которое не вызывается никаким другим родом деятельности». И что с психологической точки зрения бой — это «величайшая драма в мире», которая происходит в душе бойца и захватывает все его существо. Другой военный психолог, Григорий Шумков, писал похожее: в больших сражениях, где участвуют тысячи, каждый в отдельности переживает свою собственную войну внутри себя. И из этой личной борьбы каждый выходит либо победителем, либо побежденным. Это не красивые слова, а вполне рабочее наблюдение. Пока ты в бою, ты одновременно решаешь боевую задачу и ведешь свою внутреннюю борьбу — между инстинктом самосохранения и чувством долга, между страхом и желанием довести дело до конца. И эта внутренняя часть боя часто остается за кадром, когда говорят о войне только как о технике, оружии и тактике. Подобный момент я описывал у себя в книге: во время задач под Новомихайловкой мой мозг решил блокировать все мысли о возможной гибели и выдавал рассуждения о кофе и круассане где-нибудь на Парке Победы. Для того чтобы кроме мыслей о выполнении боевой задачи и кофе больше ничего не было в голове. К этому я и хочу вести всю следующую серию постов. Дальше разберем, что происходит с человеком на разных стадиях этого напряжения: где стресс еще помогает выжить и воевать, а где он начинает ломать. Это база, без которой сложно понимать, что вообще происходит с человеком после фронта. Картина взята с группы Птичник