Отдельный вопрос — это погибшие животные.
Отдельный вопрос — это погибшие животные. 2.Я специально посмотрела, как у нас вообще регулируется патологоанатомическое исследование непродуктивных животных. Есть действующий ГОСТ Р 57547-2017. Это национальный стандарт, то есть не нужно путать его с федеральным законом, но профессиональную рамку он задаёт очень неплохую. По результатам вскрытия составляется протокол, а владельцу выдаётся заключение о причине смерти. Протокол может быть затребован самим владельцем, судом и государственным ветеринарным надзором. Интересный пункт. Если животное погибло во время или после оказания ветеринарных услуг и возникает вопрос о качестве этих услуг, стандарт предусматривает, что вскрытие проводит ветеринарный врач-патологоанатом, который не является сотрудником клиники, где животному оказывали помощь. Логика совершенно понятна. Если потом возникнет спор, исследование не должно изначально находиться внутри очевидного конфликта интересов. (Это критически важно помнить владельцам: если у вас есть подозрения на ошибку или некачественный препарат, должен быть независимый патологоанатом. Вскрытие, сделанное «своим» врачом в той же клинике, потом будет очень легко оспорить). Вместе с животным патологоанатому должна быть доступна вся медицинская информация. При вскрытии отбирается материал для дополнительных исследований. И здесь уже очень важно не только что именно забрали, но и как дальше с этим материалом работали. Если ткань должна потом стать доказательством, должна сохраняться её прослеживаемость. От какой собаки она получена, кто её отобрал, когда, как промаркировал, где она хранилась и кому была передана. То же самое относится к остаткам вакцины и флаконам. Иначе через месяц можно получить прекрасный лабораторный результат, а потом совершенно закономерный вопрос: как доказать, что этот материал вообще относится именно к этому животному и именно к этому препарату?